Вторник, Декабрь 12
Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net

О роли женщин в борьбе Рабочей партии Курдистана

«…Я превратил женщину в кусочек огня».

Абдулла  Оджалан.

 

  • «Когда женщина выходит из своего дома и берет в руки винтовку  это не мелочь — это социальная революция».
  • Aршем Курман, партизанка, член РПК.
  •  

Женщина может участвовать в самых тяжёлых работах, идти в бой плечо к плечу с мужчиной и, вопреки утверждениям некоторых, морально не разлагает армию своим присутствием.

В суровой боевой жизни женщина – верная спутница партизана, которая делит с ним все трудности боевой жизни, внося в неё определённый домашний уют. Спору нет, она уступает мужчине в силе, но не в выносливости. Женщина–партизанка может выполнять всевозможные боевые задания, обычно поручаемые мужчине. В отдельные периоды борьбы на Кубе женщины сыграли выдающуюся роль.

Вопрос о роли женщины в курдском национально-освободительном движении исключительно важен. Это объясняется множеством причин, но в первую очередь – острой необходимостью преодоления сохранившихся остатков родоплеменного быта и феодальных отношений в курдском обществе.

Курдская женщина при настоящем кастово-буржуазном эксплуататорском строе подавляется тройным угнетением:

  1. Как представитель угнетённого класса.
  2. В качестве неразрывной важнейшей составной части курдского народа.
  3. И непосредственно как женщина, подчиняясь нормам религии и морали патриархальной семьи – общественного носителя, отражающего и консервирующего существующие отношения в обществе.

Несмотря на то, что курдская женщина, как и в целом во многих ближневосточных и мусульманских странах, занимает подчинённое положение по сравнению с мужчиной, известный исследователь В. Никитин приводит множество фактов, говорящих об определённом уважении по отношению к женщине, существующем у курдов: «Курд никогда не стремился ограничить права женщины. Он её считает достойной равного доверия, способной пользоваться теми же правами и обязанностями, что и мужчина. С психологической точки зрения женщина в его глазах обладает теми же наклонностями, теми же добродетелями и теми же пороками, что и мужчина…

Курд имеет свою семью, и скорее моногамную, а его жена  пользуется большим авторитетом во всём, что касается внутренней жизни семьи. Это она руководит домочадцами и слугами, она во время еды распределяет порции, и без её разрешения не садятся кушать. В отсутствии своего мужа она принимает посетителей, угощает их и свободно с ними беседует. Она не закрывает лица, как другие женщины-мусульманки ».

Вышесказанное касается, прежде всего, знатных курдянок. В бедных же семьях женщина занимала и занимает более приниженное положение, усугублённое общей эксплуатацией бедной семьи, и на неё ложатся  более тяжкие заботы.

Во второй половине XX века Турция оставалась фактически разделённой на две части: сравнительно преуспевающий запад и отсталый юго-восток страны. По данным турецкой прессы, к началу августа 1987 года в районах, где около 85 % населения  составляли курды, в 105 населённых пунктах врачей не было вообще и на одного врача приходилось в среднем до 30 тысяч  человек.

Не лучше дело обстояло и с образованием. В одном из крупнейших городов турецкого Курдистана – Диярбакыре – 26 тысяч детей не имели возможности учиться из-за нехватки школ.

Курдской культуры, курдского языка — как и самого понятия курд – для турецких властей не существовало. Проводя агрессивную ассимиляторскую политику среди курдов — так называемых «горных турок», власть не стремилась модернизировать и развивать регион традиционного проживания курдов на юго-востоке, тем самым целенаправленно способствуя распылению курдов на остальной территории Турции.  Притеснение курдов доходило до явного абсурда. Согласно Закону «О персональном статусе граждан»: «Запрещается давать новорождённым имена, запрещённые законом или не являющиеся отражением культурных традиций нации, моральных критериев и обычаев». Турецкие чиновники могли отклонить регистрацию имени, если оно не попадало в имеющийся список турецких имен.  В середине 70-х годов в Турции с населением чуть больше 50 миллионов человек действовало 638 тюрем, в которых содержались сотни тысяч заключённых.  По курдским данным, в 1980-83 годах было арестовано более 170 000 человек, 200 человек погибли под пытками, 700 – в  результате карательных операций турецких военных , 48 человек было казнено, 170 приговорено к смертной казни.

На сегодняшний день точная цифра курдских политических заключённых находится в промежутке от 7 000 до 9 000 человек. Общая же цифра политзаключённых, томящихся в турецких застенках – более 30 тысяч человек!

В мае 1983 года выходит Закон «О национальном переселении». В ходе его осуществления целые курдские деревни были насильственно переселены на запад страны. Идя на это, правительство стремилось запугать курдов, сломить их волю к сопротивлению и борьбе и лишить РПК массовой поддержки.

Анализируя эти факты, мы  можем прийти к обоснованному выводу, что для повстанческого движения в Северном Курдистане и активного участия в нём женщин существовали значительные объективные общественно-исторические причины.

Курдскими революционерами в лице Абдуллы  Оджалана осознавалась ключевая мысль – что победа над турецким империализмом во-многом зависит от преодоления собственной отсталости и – в том числе – всестороннего развития женского и молодёжного общественных движений. РПК изначально уделяет этим вопросам большое значение. В программе 1984-го года сказано, что одной  из задач партии является: «Устранение всех видов феодального угнетения женщин и установление гарантий равноправия мужчин и женщин во всех социальных и политических областях».

В действующей современной программе РПК тезис об освобождении курдских женщин представлен в более развёрнутом виде: «Оплот реакции на Ближнем Востоке – это существующий институт семьи. Влияние подстрекателей-капиталистов здесь очевидно: проигравший во всех отношениях ближневосточный мужчина вымещает свою злобу на женщине. Исторически патриархальная западная цивилизация с идеалом сильного государства в своём современном виде зашла в тупик. Чтобы выйти из него, необходимо не только преодолеть рабское положение женщин, но и пересмотреть вопрос о главенстве мужчин. Ведь к подобным изменениям, в основном, не готовы именно мужчины.

Решение проблемы, вобравшей в себя реакционное мировоззрение семьи, лежит в основе пути ближневосточного общества к демократии. И самый правильный подход к этой проблеме государственной важности – диалектический».

Идеологическое переосмысление роли женского освобождения в контексте обшей политической линии РПК началось во второй половине 90-х годов XX века и продолжилось в начале 2000-х. В рамках традиции марксистской мысли, женская эмансипация подчиняется принципу тотальности освобождения угнетённого класса, в огромной своей части состоящего из трудящихся женщин. В вульгаризированном же виде этой идеи, женское освобождение понималось лишь как автоматическое следствие установления новой политико-социальной системы. Но, как верно указывал Г. Маркузе, экономического равенства с мужчиной женщина может вполне успешно добиться и в рамках капитализма. Равноправие полов – это новый принцип общественной реальности, который должен пронизывать все основы создаваемого социалистического общества.

«Борьба идёт, прежде всего, против ценностей эксплуатации и угнетения, свойственных патриархальной цивилизации. Против ценностей, порождаемых и воспроизводимых мужским господством в обществе. И такой радикальный подрыв ценностей ни в коем случае не может быть лишь побочным продуктом новых социальных институтов. Он должен быть укоренён в мужчинах и женщинах, создающих новые институты».

«Социализм, как качественно иное общество, должен воплощать антитезис, своего рода отрицание агрессивных и репрессивных потребностей и ценностей капитализма как культуры мужского господства».

Абдулла  Оджалан в своих  книгах развивает следующую мысль: что одним из следствий классового расслоения первобытного человеческого коллектива было резкое падение уважения и роли женщины в первобытном  обществе. В программе партии написано: «Мы можем говорить об этом изменении положения женщины в (первобытном – М. Л.) обществе как о первой контрреволюции». Снятие этого противоречия возможно лишь с ликвидацией капиталистической формации и с созданием «новой демократической цивилизации».

Абдулла  Оджалан пишет о причинах женского бесправия: «Женщины традиционно считаются «слабым полом». Одно это уже говорит о том, что ни о каком равенстве не может быть и речи. Правда, кто-то считает, что такое отношение к женщинам должно заставить мужчин беречь и защищать их. Однако на деле получается наоборот, что и неудивительно: навязываемые нам ценности общества потребления учат не защищать, а унижать и эксплуатировать слабых. В современном мире дискриминация женщин и потребительское отношение к ним неизбежно вытекают из капиталистической системы, культивирующей соответствующее отношение ко всему окружающему: к любимым, супругам, детям, родителям, друзьям, животным, природе».

Для курдянок, большая часть которых проживает в сельской местности (по данным на 1987 год – 70 % курдов проживало в сельской местности),  РПК  является едва ли не единственной возможностью личной эмансипации от гнетущих порядков в семье и племени. РПК – это революционная кузница, в которой индивид становится личностью, приобретая политическое и национальное самосознание.

Вот часть интервью одной из партизанок, приведённого в статье немецкой корреспондентки «Sozialistische  Zeitung» Бриджит Кичле: «В обычной  жизни женщина не может развиваться. Я столкнулась с репрессиями, и они как для женщины стали невыносимы для меня. Я не хотела выходить замуж в 13 лет. Когда ты молода, твой отец находится в тюрьме, солдаты унижают и бьют ваших  братьев, сестёр и мать, заставляют вас в школе говорить на турецком языке, хотя вы не можете, то вы должны сопротивляться этому.

Я решила бороться. Это была внутренняя потребность. Только в этом я видела перспективу для меня и других женщин. Горы являются основой для нас, чтобы организоваться и найти себя. Через наш выбор пути партизана мы являемся  символом других женщин. Мы показываем на практике, что может быть другой выбор жизни для женщин, не предусмотренный заявленными традициями».

Закономерен тот факт, что большая часть женщин приходит в РПК из сёл. Но это не является единственным источником кадров для женских боевых частей. Вторым таким источником является курдская городская интеллигенция. Как правило, это женщины, добившиеся высокой личной и  общественной реализации, но глубоко переживавшие страдание и угнетение своего народа и поэтому решившие вступить в ряды РПК.

Определенную процентную нишу в числе членов РПК  занимают  турчанки, которые видят больше перспектив в борьбе курдов, нежели в деятельности  расколотых турецких левых. В 90-ые годы  в РПК состояло небольшое количество европеек.

Третьим источником были европейские курдские общины, оказывавшие активную материальную и кадровую помощь РПК.

Женщины в рядах РПК выполняют самые различные функции – начиная от непосредственного участия в боях и продолжая пропагандисткой деятельностью, организацией уличных городских демонстраций, материально-техническим обеспечением, разведывательной деятельностью, службой связи и другими.

В начале 90-х годов турецкое правительство активизировало свои действия против РПК, но на практике они часто  выливались в террор  против гражданского курдского населения. По данным на декабрь 1994 года в боях между РПК и правительственными войсками погибло уже свыше 5 тысяч человек, среди которых более 3,5 тысяч были мирными жителями.  Было уничтожено  почти 3000 курдских сел. Эти репрессии подхлестнули  новый приток активистов в ряды РПК, что вызвало определенные сложности, т.к.  новобранцы не обладали  сложившимся политическим мировоззрением и решали  присоединиться к  партизанам под непосредственным  давлением  репрессий со стороны властей.

Активное строительство женских организаций в структуре РПК началось в 1993 году с создания «Союза  за освобождение женщин Курдистана». В 1995 году была созвана большая женская конференция (350 участников), на которой анализировались определенные  итоги деятельности организации.  Крупной вехой в развитии и консолидация женского движения РПК стало создание Рабочей партии женщин Курдистана. По решению VI съезда РПК, состоявшегося 13 марта 1999 года, было провозглашено создание на базе её женского состава Рабочей партия женщин Курдистана (РПЖК). В 2000-м году она была переименована в Партию свободных женщин (ПСЖ).

Дилан Дерек, член руководства ПСЖ, описывает её основные цели следующим образом: «Мы активно поддерживаем курдскую освободительную борьбу всеми нашими силами и ведём борьбу вплоть до окончательного достижения наших целей. У нас речь идёт о том, чтобы строить новое, демократическое и свободное общество, в котором твердо зафиксированы женские права».

Крайне характерен тот факт, что в настоящее время в ротации  управленческих структур РПК закреплено правило, согласно которому 40 % мест в них должны занимать женщины. На практике же имеются комитеты с женским участием больше чем в 50 %.

Подобный принцип действует и в организации деятельности  прокурдской легальной Партии мира и демократии.  В формировании местных и национальных структур,  ПМД применяет минимальную 40%-ую квоту для  женщин и отстаивает принцип женского сопрезидентства в  высшем руководстве партии. На сегодняшний момент сопредседателем ПМД является  Гюльтан Кышанак.

Женские военные подразделения при строгом подчинении верховному командованию партии, имеют определённую самостоятельность в своей деятельности. Чаще действует сборные отряды  из мужчин и женщин.

Абдулла  Оджалан пишет о создании женского движения: «Я всегда говорил о том, что женщины должны стать гарантией свободной и прекрасной жизни и подчёркивал свою веру и надежду на то, что в недалеком будущем они обретут силу, позволяющую им призвать к ответственности лживых и злых мужчин. Нельзя обрести истинное величие и стать настоящим мужчиной, устанавливая власть собственника над женщиной. Я никогда не стремился к благополучию, считая такой метод унизительным. Я знаю, что поставил перед женщиной очень тяжёлую задачу. Более того, я превратил женщину в кусочек огня. Я знаю, что есть среди женщин и такие, кто встал на вражеские позиции и совершил много несправедливых деяний. Не найдя поддержки, они фактически остались одинокими. Однако истина, которую я хотел бы познать – это обязанность женщины быть настолько сильной, чтобы суметь стать определяющим фактором – как в борьбе, так и в мирных буднях. Без этого жизнь попросту теряет смысл, а любовь становится  невозможной».

В курдском национально-освободительном движении существует бессмертный список женщин, своей жизнью зажёгших огонь веры курдского народа в свою окончательную победу. Среди них – Зилан, Гулан, Лейла Зана, Сакине Джансыз, Сэма Юджа и многие другие героические борцы.

Высший нравственный императив самопожертвования – главная категория, которой характеризуется освободительное движение курдского народа. Каждый новый день борьбы женщин Курдистана – это ещё один шаг на пути к историческому бессмертию.

 

 

 

Максим Лебский.

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *