Матери, посетившие разрушенное кладбище: «Могилы в Басте следует восстановить»
Матери, которые спустя 9 лет посетили могилы своих детей в Басте, часами искали имена своих детей среди разрушенных и разбитых надгробий. Матери потребовали восстановления могил и выполнения требований курдов о мире, чтобы подобные трагедии больше не повторялись.
В разных регионах были построены кладбища для тех, кто погиб в борьбе за свободу. Однако турецкое государство с 2015 года начало их сносить. Надгробия разбивали, а могилы уничтожали с помощью строительной техники.
Три семьи из разных городов впервые за девять лет посетили кладбище имени героев Рожата и Заляла в районе Баста города Ширнах. Территория, где находятся могилы членов НСС и ССЖ-СТАР, была повреждена после авиаудара в 2017 году, и регион был объявлен «зоной военной безопасности», вход в которую был запрещен.
Спустя 9 лет, 7 мая 2009 года, в Басту приехали: мать Ниязи Акына (Шарвана Сасуна), погибшего в Басте, — Наслихан Акын из Стамбула; мать Абдургани Янара (Джаляля Чали) — Амина Озкан из Гавара; и мать Абдурахмана Аркана (Кочаро Курдо) — Султан Аркан из Измира.
«Пусть восстановят могилы наших павших героев»
Султан Аркан рассказала, что во время ее прошлого посещения кладбище было благоустроенным, украшенным деревьями и цветами, а сейчас она лишь после долгих поисков смогла найти надгробие своего сына. О состоянии кладбища она сказала следующее:
«Для меня здесь не только Кочаро — каждый, кто покоится на этом кладбище, мой ребенок. Какое право имело государство разрушать могилы наших детей? Мы искали все имена — они все перепутаны. Пусть больше никто не теряет своих детей. Пусть мы больше не услышим вестей о гибели. Пусть восстановят могилы наших павших героев. Пусть мы будем приходить навещать своих детей без страха и без опасений».
«Мы не прощаем им этого»
Султан Аркан, выразив, что их привело сюда желание посетить могилы своих детей, продолжила:
«Мы приехали из Измира ради горстки холодной земли. Мы тосковали по этой горстке холодной земли. Нам достаточно было бы просто увидеть ее. Мы приехали с верой, а нашли наше кладбище в таком состоянии — государство все разрушило. Да не оставит Аллах наше право попранным на земле. Мы не прощаем им этого. Когда наши дети пали вместе с семьями, которые сюда приехали, мы узнали друг друга и держимся вместе до сих пор. Они стали частью моей души. Вот что значит семья. Потому что наша кровь пролита вместе на этой земле Курдистана. Потому что наша цель и наши мысли были едины. Мы хотели только своего языка и своей идентичности — мы ничего больше не просили у государства».
«Когда наш лидер освободится, освободимся и мы»
Амина Озкан сказала о том, какого мира хотят матери:
«Я хочу мира, который охватит всех курдов. Они обязаны восстановить сожженные и разрушенные деревни. Чтобы мы могли прийти и жить на своей земле. Нам причинили столько страданий, наши села и дома были разрушены. Мы не видели своего села уже 30–40 лет. В этом мирном процессе, когда наш лидер Абдулла Оджалан освободится, освободимся и мы. Тогда и павшие здесь герои обретут свободу. Мы не хотим смерти ни солдат, ни полицейских, ни партизан. Как болит наше сердце, так же болит и сердце матери полицейского или любого другого человека. Все матери одинаковы».
«Пусть отдадут нам то, что принадлежит нам по праву»
Наслихан Акын, потерявшая двоих детей в курдской борьбе за свободу, сказала: «Мы, матери, все равно твердим: «Мир, мир, мир». Пусть отдадут нам наше право. Мы хотим такого мира, чтобы нам отдали то, что принадлежит нам по праву, чтобы воздали нам должное».
Источник: MA
