Наследие Халиля Дага: кино в горах, искусство в борьбе
Халиль Даг (Халиль Уйсал) открыл миру курдских партизан и величественные горы Курдистана. Через объектив камеры, тексты, фотографии и фильмы он сделал жизнь своего народа осязаемой для всех. Благодаря его созидательной энергии он оставил после себя великое наследие, которое продолжает жить и развиваться и сегодня.
Халиль Даг работал в Северном Курдистане над проектом «Идущие к горе Арарат». 1 апреля 2008 года он погиб вместе с тремя товарищами в столкновении с турецкой армией в регионе Беста (провинция Ширнак).
В годовщину его гибели участник «Горного театра» (Şanoya Çiya) Харун Хеви поделился воспоминаниями с агентством ANF.
Харун Хеви начал с того, что почтил память павших деятелей искусства и революционеров — Хеви, Екты, Сарьи, Мизгин, Сефкана и самого Халиля Дага. Он отметил: «Говорить о Халиле Даге — значит признавать, что он создал себя в горах, а горы нашли свое отражение в его личности. Фамилия «Чия» (Гора) не была для него чем-то надуманным — она родилась из самой жизни и труда в горах. Вот почему Халиль и Чия — это две неразрывные реальности.
С 1994 года мы узнавали горы во многом именно благодаря ему. Мы видели их его глазами, слышали их голос и понимали, чем живет этот край. Передать масштаб личности Халиля непросто. Он говорил не словами, а фильмами, снимками, клипами и документальными лентами. Когда хотелось увидеть настоящий образ гор, первым на ум всегда приходил Халиль. Ведь он отражал всё в его первозданном, естественном виде».
Мы увидели партизан через объектив Халиля
Харун Хеви так описал роль Халиля Дага: «Народ увидел быт партизан глазами Халиля. Его камера открыла нам их повседневность, их глубокую связь с природой и саму суть их борьбы. В то время только начинал вещание телеканал MED TV, и работы Халиля стали для людей своего рода «окном» в реальность. Через него народ знакомился с борьбой и ее героями. Можно сказать, что MED TV обрел душу именно через камеру Халиля».
Вспомнил Харун Хеви и первую встречу с мастером: «Сначала мы узнали его имя. Когда спрашивали: «Кто снял этот документальный фильм?», ответом всегда было: «Халиль Даг». Мы встретились в 2001 году в школе имени героя Сефкана в Хинере. Посмотрев нашу постановку Çîroka Axê («История земли»), Халиль сказал: «Я сниму этот спектакль и покажу его по телевидению». Для нас это стало огромным стимулом. Во время съемок он заново выстраивал сцены, вникая в каждую деталь. Позже мы вместе работали над спектаклем «Зилан». Халиль всегда стремился к идеалу и не терпел половинчатых решений».
Объединим театр и кинематограф
Размышляя о подходе Халиля к искусству, Харун Хеви процитировал его слова: «Халиль часто повторял: «Давайте объединим театр с кино». Театр не должен оставаться на подмостках — ему нужно выходить за их пределы. Камера стала глазами общества, она должна была показывать правду повсеместно. А театру следовало взять на себя роль голоса народа и идти ему навстречу».
Он был режиссером самой жизни
Харун Хеви отметил, что такие идеи были для них в новинку, и они начали смело экспериментировать: «Это было необычно, но нам хотелось попробовать. Мы раздвинули границы сцены до невероятных масштабов. В какой-то момент Халиль сказал, что в спектакль нужно включить реку Мунзур, ведь она связана с путем героини Зилан в Дерсим. Своими творческими штрихами Халиль наполнил нашу постановку новой глубиной. Он проживал эту реальность так же остро, как и мы на сцене. Его мышление было поразительно глубоким. Поэтому он был не просто оператором, а настоящим режиссером жизни. Халиль чувствовал и проживал всё, из чего состоит партизанский быт».
Вы — отражение духа и чаяний общества
Харун Хеви коснулся и того, как Халиль Даг относился к коллегам по цеху: «Он говорил нам: «Вы не просто актеры. Вы — первопроходцы. Вы отражаете глаза, дух и требования народа. Если вы останетесь просто исполнителями ролей, вы загоните свою работу в узкие рамки. Но вы — революционеры». Он считал, что каждый актер обязан понимать кино. Он учил нас, как создается кадр и что такое социально значимый фильм. Объяснял смысл каждой сцены. Халиль постоянно нас тренировал и, если требовалось, сам выходил на площадку как актер, чтобы показать пример».
Сценарист, режиссер, продюсер
Описывая суровые будни «партизанского кино», Харун Хеви подчеркнул вклад мастера: «Обычно над фильмом работает огромная команда. Но Халиль часто трудился в одиночку. Он сам писал сценарии, режиссировал и продюсировал. Большую часть задач он закрывал сам, но при этом всегда старался вовлечь всех вокруг. Он говорил: «Театр — общественное явление, и кино должно быть таким же». Он хотел, чтобы каждый приобщился к этому искусству».
Хеви вспомнил их общий проект: «В июне 2002 года мы начали работу над фильмом. Сроки поджимали — нужно было успеть к августу. Халиль написал сценарий о жизни партизанки Сарьи из Вана — о том, что случилось после того, как в 1993 году сожгли ее деревню. Мы сняли эту картину вместе за два с половиной месяца».
Работа вопреки всем ограничениям
Харун Хеви рассказал о нехватке ресурсов: «У Халиля была всего одна камера с разбитым экраном. Снимать приходилось в тяжелейших условиях. Несмотря на это, он создал фильм Bejna Eynê («Высота зеркала»). Было по-настоящему трудно. Кассеты были в дефиците. Помню, как мы неделю искали хотя бы одну. Ресурсов не было совсем. С огромным трудом мы раздобыли четыре больших зеркала. Тащить их в горы было тем еще испытанием — что-то разбилось при перевозке, что-то упало на камни. Всё делалось вопреки обстоятельствам. Иногда не хватало даже боеприпасов для съемок, и Халиль собирал всё, что удавалось найти. Это был наш второй фильм после картины Tîrêj («Луч света»). Халиль хотел монтировать сам, но из-за отсутствия техники работу завершали другие товарищи».
Несмотря на все сложности, Харун Хеви отметил и плюсы того периода: «В 1999 году шло перемирие, активно развивалась учеба и организация. В академии имени героя Сефкана работали отделения театра, музыки и кино. Халиль целиком ушел в кинематограф. После Bejna Eynê он снял Hêsrê Ava Zê (Слезы реки) и «Беритан», которая стала его самой значимой работой».
Халиль доказал: искусство невозможно без идеологии
Говоря о месте мастера в истории, Харун Хеви подчеркнул: «Достичь уровня Халиля — задача огромной сложности. Он оставил нам художественное и интеллектуальное наследие. Халиль доказал, что искусство не может существовать в отрыве от идеологии. Он подтвердил, что ценности и борьба народа должны находить свое отражение в творчестве. Капиталистический мир тоже рассказывает свою историю через искусство, но Халиль сумел представить борьбу народа максимально искренне и эстетично. В фильме «Беритан» патриотизм и самопожертвование показаны с невероятной силой».
Рассказывая об инициативе Sîne Çiya, Харун Хеви добавил: «Как «Горный театр», мы работаем в проекте Sîne Çiya по трем фронтам: кино, музыка и театр. Мы стараемся нести знамя, оставленное Халилем. Благодаря ему мы вывели театр на экраны, и это стало прорывом. Мы и сегодня используем его методы, хотя дотянуться до его высоты непросто. Академия павших героев стремится сохранить это достояние».
Харун Хеви завершил свою речь словами: «Для меня было великой честью встретить Халиля. На съемках Bejna Eynê я учился профессии кинодела. Халиль дал нам не только технику, но и глубинный взгляд на вещи. Я стараюсь продолжать его дело. Наследие наших героев огромно, и наш долг — делать его сильнее. 2026 год несет и большие шансы, и серьезные угрозы. Если мы не объединимся, опасности будут расти. Поэтому всем силам и всему нашему народу нужно укреплять единство. Все части Курдистана должны стать ближе друг к другу. Наша надежда — это свободная страна и свободное будущее».
