Назе Алкан сохраняет традиции кочевников в Ване

Назе Алкан много лет занималась кочевым скотоводством в районе Нордиз округа Паизава (Гюрпинар) Вана, а в 1984 году пережила радикальные перемены в своей жизни в результате государственных репрессий и политики «безопасности». После эвакуации их деревни семья Алкан была вынуждена мигрировать в Ван, оставив сотни овец и ту жизнь, которую они сумели построить благодаря годам упорного труда. Из-за запрета на въезд в деревню семья оставалась вдали от своих земель в течение 11 лет и столкнулась с самой тяжелой стороной принудительной миграции. Несмотря на прошедшие 42 года, Назе Алкан, так и не адаптировавшаяся к городской жизни, открыла двери своего дома прошлому, полная решимости не забыть и не позволить другим забыть свою кочевую культуру.

Украшая каждый уголок своего дома орнаментами, относящимися к культуре кочевников-скотоводов, Назе Алкан вяжет миниатюрные шатры, шерстяные носки, разноцветные гофики (шерстяные украшения), украшающие стены, передавая культуру кочевников будущим поколениям и одновременно становясь носительницей памяти. Назе Алкан, чья деятельность также является ответом культурной ассимиляции, продолжает вести кочевой образ жизни в центре Вана.

ЖИЗНЬ В ДЕРЕВНЕ И НА ВЫСОКОГОРЬЕ

Отмечая, что высокогорье — это места, принадлежащие людям, Назе Алкан сказала: «Мы из региона Нордизе района Паизава. Наша деревня была очень красивой. Там было всего четыре больших дома. У нас были овцы и ягнята. Мы были зажиточны, и положение наше было очень хорошим. Деревенская жизнь прекрасна. Каждое утро мы вставали рано, брали свои шатры и уходили на плато. Когда мы ставили палатки на высокогорье, наши соседи приходили и садились вокруг нас. Мужчины не притесняли женщин. Работали и женщины, и мужчины. Поэтому существовало взаимное уважение и почтение».

«ГЛАВНЫМ СУБЪЕКТОМ ЖИЗНИ БЫЛИ ЖЕНЩИНЫ»

Обращая внимание на то, что в жизни на плато основным субъектом были женщины, Назэ Алкан подчеркнула, что женщины-кочевницы также брали на себя роль носительниц культуры. Назэ Алкан рассказала: «Когда зима заканчивалась и наступала весна, земля зеленела. Женщины отправлялись собирать свеклу. Мы загружали свои вещи и поднимались на возвышенности. Мы, женщины, пасли стада. Мы наполняли молоком кожаные мешки и делали йогурт и сыр. У нас было много овец; мы были богаты. Вернувшись с высокогорья, мы приходили домой, готовили еду для наших животных и мыли их шерсть. Мы работали до поздней ночи. Также мы изготавливали украшения (гуфкан), на что уходило много времени. Мы украшали ими наши шатры, дома и овец. Когда наши овцы и лошади смешивались с чужими стадами, можно было с уверенностью сказать: «Это животное из стада Верчонян». Потому что каждую лошадь и овцу можно было узнать по украшениям, которые закрепляли на них наши женщины. Эта жизнь была в высшей степени прекрасна. В 1984 году мы были вынуждены покинуть нашу деревню и переехать в город. Деревни опустели; мира больше не оставалось, поэтому мы были вынуждены покинуть нашу деревню и нашу родину. В течение 11 лет нам было запрещено возвращаться в деревню».

«МОЯ ЖИЗНЬ СОВСЕМ НЕ ИЗМЕНИЛАСЬ»

Говоря, что она так и не привыкла к городской жизни, Назе Алкан рассказала: «После того, как мы приехали в город, то столкнулись с большими трудностями. У многих людей не было жилья, и от отчаяния они ставили в городе палатки и жили в них. Мы бросили наши села, наших овец и приехали в город; наши дни были очень тяжелыми и полными лишений. Я хочу, чтобы деревенская жизнь, как раньше, снова стала прекрасной. Пусть будет мир, пусть все вернутся на свои земли. Я живу в городе уже более 40 лет, но никогда не забывала культуру кочевников и не позволю забыть ее. Я делаю всё, что связано с деревней. Потому что мои мысли всегда в деревне. Я никогда не была горожанкой. Несмотря на то, что я здесь столько лет, я не повязывала на голову тот платок, который носят горожанки, и не ношу городскую одежду. Мои мысли и моя жизнь совсем не изменились. Если человек отдаляется от своей культуры и своего искусства, он забывает всё. Но мы никогда не исчезнем. Сейчас, когда я еду в деревню, я словно заново рождаюсь».

«МОЯ ЦЕЛЬ — НЕ ДОПУСТИТЬ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ КУЛЬТУРЫ»

Подчеркивая, что ее цель — сохранить культуру кочевников-скотоводов и предотвратить ее исчезновение, Назе Алкан продолжила так: «Когда я делаю эти вещи и вешаю их на стены своего дома, они привлекают внимание моих детей и соседей, им тоже очень нравится. Это курдский колорит и культура. Я делаю прялки, шерстяные украшения, вязаные вещи и носки. Я хочу украсить всё вокруг. Многоцветье доставляет мне удовольствие. У нас есть дом в деревне. Я и его украсила этими вещами. Сейчас я живу своей жизнью кочевника-скотовода в собственном доме. Я делаю так, чтобы эта культура не исчезла, чтобы люди ее не забыли. Человек не должен забывать себя. Не должен забывать деревенскую культуру и дружбу. Деревенская и кочевая жизнь были особенными. Всегда были гости, это было очень хорошо. А в городах не так. Когда к кому-то приходят гости, хозяева раздражаются, не хотят открывать двери. А мы получали удовольствие от гостей. Я очень скучаю по тем дням».

 

Источник