Зейнаб Джалалян находится в тюрьме в Иране более 13 лет. Родственники не получали от нее никаких известий с мая этого года.
В течение нескольких месяцев родственники Зейнаб Джалалян ничего не знают о состоянии политической заключенной, находящегося в иранской тюрьме более 13 лет в качестве члена курдской партии ПСЖК (Партии свободной жизни Курдистана). С мая информации о ее состоянии и местонахождении не поступало. Она заразилась Covid-19 год назад, и ее не лечили должным образом. В своем последнем письме Зейнаб Джалалян написала: «Когда женщина просыпается и хочет быть свободной, ничто не может поставить ее на колени».
В тюрьме с 2008 года
Зейнаб Джалалян, родившаяся в Маку в 1982 году, была арестована в Керманшахе летом 2008 года и приговорена к смертной казни в январе 2009 года в революционном суде в связи с ее предполагаемым членством в ПСЖК из-за «вражды к Богу» (мохаребех). Ранее она провела восемь месяцев в предварительном заключении в следственном изоляторе Министерства разведки Ирана и подвергалась пыткам. У нее не было доступа к адвокату во время судебного разбирательства, которое длилось всего несколько минут. Смертный приговор Джалалян был заменен пожизненным заключением в ноябре 2011 года. В настоящее время она является единственной женщиной-заключенной в Иране, которой был вынесен этот приговор.
Заболела Covid-19 во время перевода из тюрьмы в тюрьму
Год назад Джалалиан была переведен из Керманшаха в тюрьму в Йезде. Город в центре Ирана расположен примерно в 1400 километрах от места проживания ее родственников. Во время этой одиссеи она заболела Covid-19. Тюремные врачи признались руководству изолятора, что у них нет необходимых условий для лечения Джалалян, страдающей различными другими заболеваниями. Министерство разведки Ирана отказалось предоставить медицинскую помощь за пределами исправительного учреждения.
Режим требует раскаяния и признания
Кроме того, следователи разведки заставили Джалалян сделать «признание». Она была вынуждена выразить «раскаяние» в своей прошлой политической деятельности и согласиться на сотрудничество с властями. Только тогда ей будет предоставлено необходимое лечение. Но ей также отказывали в других правах заключенной, например, в контакте с адвокатом или членами ее семьи. Время от времени ей разрешалось поговорить с родственниками по телефону, но беседа, ограниченная несколькими минутами, должна была вестись на персидском языке.
Брат политзаключенной Наргес Мохаммади, Хамид Реза Мохаммади, рассказал радио Farda о состоянии своей сестры. Он заявил, что…
В заявлении, приуроченному к Всемирному дню свободы печати, который отмечается 3 мая, ассоциация DFG подчеркнула,…
Балерина Лейла Бедирхан привлекла к себе внимание в Европе выступлениями, которые подчеркивали курдскую культуру. Она…
Ливанская активистка Савсан Шоман подчеркнула, что полностью поддерживает борьбу Женских отрядов самообороны, заявив, что попытки…
Французский исследователь Франсуа Дессет сумел прочитать эламскую письменность, возраст которой превышает четыре тысячи лет. Это…
Платформа союза курдских женщин в Европе опубликовала заявление к 1 мая, Международному дню трудящихся. Представительницы…