«Одной фотографией разрушили мою жизнь»: дело против Рожбин Нергиз основано на ошибке

В районе Силопия (Ширнак) прокуратура Кочаэли начала расследование по цифровым материалам, изъятие которых в 2023 году было связано с двумя лицами и фотографиями, найденными среди этих материалов. В отчёте по результатам сравнения лиц от 8 февраля 2024 года, подготовленном Криминалистической лабораторией Командования жандармерии Стамбула, утверждалось, что изображённая на фото — мать троих детей Рожбин Нергиз. Однако позже выяснилось, что человек, на которого якобы похожа Рожбин Нергиз, погиб в 2014 году в результате авиаудара в Шенгале.

9 месяцев под домашним арестом
В рамках последующего расследования 20 февраля 2024 года Рожбин Нергиз была задержана в районе Бисмиль (Амед) и без уведомления семьи перевезена в Кочаэли. В течение четырёх дней она содержалась в полиции Кочаэли, и на протяжении двух дней её семья не получала информации о её местонахождении. 23 февраля 2024 года она была освобождена под меру пресечения в виде домашнего ареста. Под домашним арестом она провела 9 месяцев.

Показания свидетелей подтвердили
В августе 2024 года в отношении Рожбин Нергиз был подготовлен обвинительный акт по статье «членство в организации». Первое заседание состоялось 16 января 2025 года. На втором заседании два разных свидетеля заявили, что человек, на которого, как утверждается, похожа Рожбин Нергиз, погиб в 2014 году в результате авиаудара в Шенгале. Несмотря на это, дело против Рожбин продолжается, а дата следующего заседания назначена на 9 декабря.

В панике во время задержания
Рассказывая о пережитой несправедливости, Рожбин Нергиз сказала:
«Одной фотографией разрушили мою жизнь. Этот человек — не я. Государство должно установить правду».

Она добавила: «У них была какая-то фотография, и они сказали: “Это ты”. Но это не так. Мои школьные и медицинские записи доказывают, что в те годы я находилась в Турции».

Рожбин рассказала, что дважды перенесла паническую атаку во время задержания:
«Мои дети были маленькими — одному было четыре года, другому полтора. Я оставила их у своей матери. До третьего дня мне не позволяли поговорить с детьми. Более того, мне запретили говорить на курдском языке».

«Я хочу справедливости»
Рожбин продолжила:
«Я находилась под домашним арестом, мои дети падали, а я не могла их поднять. В больницу я не могла сходить. В тот период я узнала, что беременна. Сейчас я принимаю психиатрические препараты, у меня панические атаки, по ночам я не сплю. Я хочу справедливости. Этот человек — не я».

«В то время моя жена училась в школе»
Её супруг Умут Нергиз заявил, что они представили множество доказательств невиновности Рожбин, но суд отклонил их ходатайства:
«На лице Рожбин есть три родинки, у неё длинный нос. У человека на фотографии нет родинок, нос — круглый. Как криминалисты могут утверждать, что это один и тот же человек? Мы этого не принимаем. Мы подали ходатайство о проведении очной криминалистической экспертизы. Мы можем предоставить записи из больниц и школ, доказывающие, что моя жена каждый год находилась в Турции. В те годы она училась в школе. Несмотря на это, дело пытаются закрыть, основываясь на криминалистическом отчёте. Мы требуем справедливости».

Напомнив, что в показаниях «раскаявшихся» также утверждалось, что человек на фотографии погиб в 2019 году в Шенгале, Умут Нергиз сказал:
«Если этот человек мёртв, как можно утверждать, что он и моя жена — одно лицо? Этот отчёт рушит жизнь человека», — повторив свой призыв к справедливости.

Источник