«Кавал — это страсть, любовь и история»

83

Хотя кавал в основном известен как инструмент пастуха, его часто путают с западной флейтой. Но на самом деле это особый инструмент, сохранившийся до наших дней, на котором играют даже в оркестрах.

Когда мы проходим по улицам в районе исторических городских стен Амеда, давнее искусство и культура, столь же древние, как и городские стены, резонируют от этого старого «дяди», играющего на своем кавале. Эта культура, которая была голосом эмоций многих людей на протяжении тысячелетий, поднимается из земли, которая ведет сопротивление.

Человек, который дает кавалу звук и жизнь, — это старый «дядя» по имени Али Укун. Дядя Али слеп и дает жизнь эмоциям, сидя в своей местной одежде и черно-белой кефии.

Молодежь, женщины, мужчины и пожилые люди собираются вокруг Али Укуна, чтобы послушать древний голос.

Али Укун – или Алие Керейдахи, как его еще называют, – родился в 1963 году и играет на кавале уже 49 лет.

Вызывая глубокие эмоции в сердцах людей с помощью кавала, Керейдахи счастлив продолжить традицию тысячелетий. И он хочет воспитать молодежь так, чтобы эта культура не исчезла. «Если вы хотите учиться, вам нужно учиться, понимать и любить язык этого голоса», – говорит Керейдахи.

Керейдахи потерял зрение в 1970 году в результате болезни, которую он перенес, когда ему было 7 лет. Его семья водила его по многим врачам и больницам, но из-за бедности они не могли позволить себе операцию. Теперь 57-летний Керейдахи говорит: «У меня есть надежда, что однажды я смогу видеть. Это очень болезненный вопрос. Но я не теряю надежды. Конечно, когда-нибудь я снова смогу видеть».

Потеряв зрение, Керейдахи посвятил себя кавалу. Он был пастухом в течение многих лет и изучил кавал самостоятельно. «Я родился в Шахдие и жил в деревне до 45 лет. Я потерял глаза из-за болезни. После потери глаз моим лучшим другом стал кавал. Я был пастухом во многих частях Амеда, играл на флейте рядом с овцами. Животные лучше паслись, когда я играл на кавале. Тогда это было гораздо приятнее. Но мне почему-то нужно было приехать в город. Сейчас я живу в Амеде, но скучаю по тем дням».

Керейдахи говорит, что кавал – это очень древняя культура: «Кавал несет в своей груди все ценности курдов. Надо хорошо учиться и учить этому искусству. Кавал – лучшее лекарство от этой раны. Это исцеление от всех бед. В то время там был только кавал, и курды привыкли жить своим искусством и культурой вместе с ним».

У Керейдахи есть призыв, который он обращает к курдским артистам: «Есть много курдских артистов. Некоторые поют на курдском, но то, что они поют, не имеет ничего общего с курдской культурой. Они вкладывают чужие культуры в нашу. Я призываю всех курдских артистов выступить против культурной экспансии. Познайте себя и примите свою культуру».