Политика безнаказанности: никаких наказаний для преступников в военной форме
Преступления, которые совершают солдаты, участились на фоне военной политики в Курдистане. Эти злодеяния участились после 2015 года, сопровождаясь безнаказанностью. Многочисленные сообщения о случаях сексуального насилия в отношении женщин и детей, совершенных сельскими стражами, полицейскими, сержантами и другими государственными должностными лицами, поступали из Мардина, Батмана, Ширнака и Вана.
В регионе, отмеченном злоупотреблениями, насилием и убийствами женщин, дела, переданные в суды, часто заканчивались оправдательными приговорами. Эта давняя политика поощряла агрессоров несмотря на то, что в регионе неоднократно разоблачались случаи сутенерства и вовлечения в проституцию, в которые были вовлечены сотрудники сил безопасности. С 2012 года в СМИ появились десятки случаев злоупотреблений со стороны сотрудников правоохранительных органов, но лишь небольшое число из них привело к арестам или вынесению обвинительных приговоров.
Ниже приведены некоторые из ставших достоянием общественности инцидентов с сексуальным насилием, совершенным сотрудниками сил безопасности в отношении женщин и детей в Курдистане:
— В 2023 году 22-летняя девушка из Мардина подала заявление о возбуждении уголовного дела в Главную прокуратуру Дерика, заявив, что сельский страж Якуп А. и трое мужчин – Четин Т., Харун Ю. и Сууд Ч. – изнасиловали её. Она сказала, что пыталась покончить с собой после того, как шантаж со стороны четырех преступников усилился, и что позже её собственные родственники попыталась принудить её к браку с мужчиной на 40 лет старше. Трое подозреваемых были задержаны, а в отношении четвертого был выдан ордер на арест.
— Унтер-офицер Талип К., который нес службу в Ване, был арестован в октябре 2021 года по обвинению в том, что привел к себе домой двух старшеклассниц, избил девушек и изнасиловал. Позже он был освобожден на первом слушании в 5-м Высшем уголовном суде Вана на основании «противоречивых показаний свидетелей» и якобы недостаточной доказательной базы.
— В Ване выяснилось, что несколько государственных служащих, включая сержантов и сельских стражей, совершили сексуальное насилие над беженкой. Подозреваемые были арестованы и отправились в тюрьму после того, как дело получило огласку.
— Было подготовлено заключение прокурора по делу в отношении офицера Омера Аяса из командования 70-й механизированной бригады. Этот человек обвинялся в систематическом изнасиловании девятнадцатилетней девушки путем угроз в период с декабря 2018 года по июнь 2019 года. Ему были предъявлены обвинения в лишении свободы жертвы с применением силы, угроз и обмана и сексуальном насилии при отягчающих обстоятельствах. Однако, в итоге он был оправдан.
— Офицер полиции специального назначения Б.К., который служил в Мардине, столкнулся с обвинениями в сексуальном насилии над 21-летней М.Б., с которой познакомился через соцсети. Прокуратура требовала для него тюремного заключения сроком до 12 лет, но 1-й Высший уголовный суд Мардина оправдал офицера, сославшись на недостаточность доказательств.
— В 2020 году появились сведения о том, что пятнадцатилетняя девочка в районе Герджюш, который находится в провинции Батман, перенесла групповое изнасилование. Над ней надругались многочисленные мужчины, включая военных, сотрудников полиции и сельских стражей. Этот чудовищный инцидент вызвал всеобщее возмущение. По показаниям жертвы, 27 человек совершили над ней насилие. Бывший унтер-офицер Муса Орхан, обвиняемый в сексуальном насилии над 18-летней Ипек Эр, был приговорен к десяти годам тюремного заключения по делу, по которому его судили, даже не заключив под стражу. Он находился на свободе всё это время. После решения Высшего дисциплинарного совета Министерства внутренних дел уволить его с государственной службы он также был исключен из командования жандармерии 31 августа.
— Дело Н.Ч. в Мардине: В 2002 году выяснилось, что двенадцатилетняя Н.Ч. систематически удерживалась и подвергалась изнасилованиям со стороны многочисленных мужчин в районе Кызылтепе в Мардине. Насилие продолжалось долгое время. В какой-то момент 1-й Высший уголовный суд Мардина отменил постановления о заключении подсудимых под стражу. В своем решении от 2010 года суд смягчил сроки наказания, заявив, что девочка «не сопротивлялась» изнасилованию, «дав согласие». Этот вердикт вызвал возмущение общественности.
Решение местного суда о смягчении приговора, основанное на якобы имевшемся согласии жертвы, было поддержано Кассационным судом. После того, как имевшиеся средства правовой защиты были исчерпаны, дело было передано в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). В постановлении, вынесенном в 2021 году, высшая судебная инстанция признала Турцию ответственной за нарушения прав человека из-за чрезмерной продолжительности разбирательства в национальной судебной системе и неспособности должным образом защитить права ребенка, который перенес посягательство на свою половую неприкосновенность и претерпел сексуальное насилие.
Правозащитница и адвокат Эрен Кескин, которая отслеживала многочисленные случаи пыток с применением сексуального насилия, заявила, что господствующая в регионе система построена на патриархальных и милитаристских ценностях и эти механизмы действуют в соответствии с господствующим подходом.
Кескин сказала, что насилие в отношении женщин в Курдистане стало своего рода военной политикой, подчеркнув, что это не уникально для региона, где женщины систематически становились мишенями во время войн – как и во многих других частях света. Она добавила, что насилие в отношении женщин нельзя рассматривать исключительно через призму 1990-х годов, и напомнила об историческом прошлом региона: «Наши земли видели настоящий геноцид. В 1915 и 1938 годах здесь истребляли людей. Насилие в отношении женщин применялось во время массовых убийств армян и других христианских народов, а также во время геноцида в Дерсиме. В 1990-х годах это было реализовано как государственная политика на высшем уровне».
Всё нередко заканчивалось безнаказанностью
Эрен Кескин напомнила, что одним из центров этой политики насилия был Мардин, и оценила практику того периода следующим образом: «В районе, где не службу командир Муса Читиль, многие женщины подвергались сексуальным пыткам во время содержания под стражей. В результате наших усилий было возбуждено широко известное дело с участием Ш.Э. Наша клиентка, назовем её Ш.Э., и её мать подверглись сексуальному насилию, будучи под стражей. В конце концов, нам удалось добиться того, чтобы сам Читил и ещё 405 военнослужащих предстали перед судом. Открытие этого дела стало важным событием. Однако, затем оно было передано в Чорум и закончилось вынесением оправдательных приговоров. Что произошло дальше? Мы снова видели того же Мусу Читиля во время событий в Суре и Джизре, на этот раз в качестве командира более высокого ранга».
Батман как первый «пилотный» регион
Эрен Кескин отметила, что волна женских самоубийств, которая когда-то была вынесена на обсуждение в Батмане, была связана с аналогичной политикой, и провела параллели между этими событиями и недавними инцидентами в Дерсиме:
«Когда-то Батман был известен как город женских самоубийств. Точно так же, как мы обсуждаем дело Гулистан Доку и преступных сетей, выбирающих своими мишенями молодых курдских женщин в Дерсиме, втягивая в криминальные структуры, подвергая сексуальному насилию и даже убивая, аналогичная политика была реализована в Батмане. Он был выбран в качестве «пилотного» региона. Безнаказанность сама по себе уже является государственной политикой. Безнаказанность имеет ужасающие масштабы».
Пытки недостаточно обсуждаются
Правозащитница отметила важность борьбы, которую ведут женские организации и инициативы против политики безнаказанности, подчеркнув, что группы, работающие в защиту мира и прав женщин, должны действовать сообща:
«Сексуальные пытки в отношении женщин в Курдистане по-прежнему не обсуждаются. Об этих случаях писали. Конечно, эту информацию не публикуют в крупных газетах или мейнстримных СМИ, но о таких преступлениях писали Özgür Gündem и некоторые другие газеты и масс-медиа. Однако, они не привлекают достаточного внимания из-за двойных стандартов. Если мы не обсуждаем, не анализируем и не подвергаем сомнению наши собственные двойные стандарты, критика государственной политики безнаказанности сама по себе не имеет особого смысла».
Безнаказанность должна быть на виду у общественности
Эрен Кескин подвела итоги так: «Насилие в отношении женщин и сексуальные пытки, которые применяются в рамках специальной военной политики в Курдистане, должны обсуждаться в обществе. Этой политике безнаказанности также необходимо уделить всестороннее внимание и сделать её очевидной».
