Тамара Хаддад – живописец гор Ливана
Ливанская художница Тамара Хаддад выбрала темами своего творчества войну, разрушение окружающей среды и перемены, которые коснулись природы. На выставке «Мой отец», которая открылась в галерее «Танит» в апреле 2026 года, посвященной её отцу, художница представила работы, где деревья написаны, как живые существа. Используя песок, древесную кору, камень и ветки, Хаддад переносит на холст свои впечатления о том, что она видела – от гор Ливана до порта Бейрута.
Мы поговорили с Хаддад о её творчестве, Бейруте в тени войны, инстинкте самосохранения ливанского народа и роли художника в обществе.
— Что вдохновило вас сосредоточиться исключительно на окружающей среде и природе в вашем творчестве? Почему эта тема так важна для вас?
— 15 лет назад, когда я работала в рекламном агентстве в полутора километрах от дома, я ходила пешком дважды в день, вдыхая загрязненный воздух и выхлопные газы автомобилей. Я очень остро осознавала наше положение и приходила в ужас от мысли, что мне придется дышать этим каждый день годами. Я была одержима мусорным кризисом в Ливане, где отходы скапливались горами по всей стране, а у властей не было никаких планов по переработке. Я также прекрасно осознавала тот факт, что Бейрут – один из самых загрязненных городов в мире из-за небрежного отношения правительства к экологическим вопросам, включая утилизацию мусора, и отсутствия строительных норм, что приводит к разрушению ландшафта при строительстве высотных зданий, особенно в горной местности Ливана. Меня волновали и продолжают волновать эти вопросы, поскольку я выросла в доме, где искусство считается важной частью жизни, а мой отец, архитектор, очень уважительно относился к природе.
— Ваша нынешняя персональная выставка называется «Корни памяти и материи». Какие картины могут увидеть посетители и какие природные материалы вы используете для создания этих работ?
— Моя нынешняя выставка в галерее «Танит» в Бейруте посвящена отцу, покинувшему этот мир в январе, пока я работала над этой серией. В ней я рассказываю о деревьях. Папа любил деревья, сажал их и заботился. Леса – одна из многих экологических тем, над которыми я работаю. Я начала писать эту серию в 2024 году, изображая вырубку лесов и пожары на этой планете. Затем я столкнулась с афоризмом Халила Джебрана, говорившего о деревьях как о стихах, и решила изобразить их во всей красе, чтобы люди стали более восприимчивыми к природе и её великолепию. Поскольку я часто совершаю пешие походы по Ливану и за границей, меня вдохновляют мои собственные фотографии, сделанные во время этих поездок. Мои картины выполнены с использованием плотной текстуры, слоев песка, акриловых и масляных красок, с добавлением некоторых природных элементов, включая ветви, листья и древесную кору. Натуральные материалы играют важную роль в моих трудах, отражая разнообразие природных текстур.
— В описании выставки сказано: «Деревья стоят, растут и остаются неизменными. Они хранят память так, что кажется, будто у них есть прочный фундамент и их корни крепки». Не могли бы вы объяснить нам эту идею и значение корней и деревьев в вашей работе?
— Деревья похожи на людей. Они растут и дышат, у них есть корни, но самое главное, они необходимы для жизни человека. Они – легкие Земли, наша жизнь. Они – часть природы, которую мы больше не видим. Мы не обращаем внимания на деревья, потому что сосредоточены на нашей повседневности и живем вдали от природы, игнорируя её значимость и влияние на нашу жизнь. Я думаю, что сегодня мы сталкиваемся с экологическими проблемами, которые оказывают непосредственное влияние на нашу жизнь и здоровье, но в некотором роде отрицаем это. С помощью этой выставки я пытаюсь пробудить в людях понимание важности окружающей среды, дать им возможность созерцать и воспринимать деревья, свет, краски. Важно, чтобы те, кто видит мои работы, могли замедлить время.
— Должны ли художники играть более активную роль в противостоянии капиталистическому потреблению, экологическим кризисам и насилию?
— Многие художники по всему миру работают, описывая экологические проблемы. В первую очередь это фотографы, такие как Эдвард Буртинский или Ян Артюс-Бертран, и другие творцы, такие как концептуалист Джулиан Шарьер, которые создают художественные инсталляции, посвященные изменению климата и потреблению. Они отлично справляются со своей работой. Люди искусства создают шоу, которые затрагивают аудиторию, но не могут добиться значительных социальных перемен, сталкиваясь с политическими ограничениями. Политика, в свою очередь, связана с экономическими вопросами и часто с личными выгодами, особенно в моей стране, Ливане. К сожалению, развивающиеся страны, включая Ливан и другие государства Ближнего Востока и Африки, заняты борьбой с экономическими проблемами, бедностью и коррупцией, что делает экологические проблемы менее важными.
— В одном из интервью вы сказали: «Ливан всегда так жил. Страна поднимается после долгих лет кризиса только для того, чтобы снова пасть». На что похожа жизнь и повседневное существование в Ливане в условиях кризиса, насилия и войны?
— С тех пор как я родилась, с самого 1982 года, в моей стране шла война. Каждые десять лет случаются кризисы. Мы привыкли так жить, мы никогда не жили иначе. Мы приспособлены к кризисам и знаем, как с ними справляться и управлять своей жизнью. В этом есть и положительный момент, который заключается в том, что мы проживаем каждый день как последний. Мы ничего не откладываем на потом, у нас нет планов на будущее, потому что будущее – это только завтрашний день. Мы научились наслаждаться каждым мгновением и быть благодарными за сегодняшние радости.
— Южный Ливан находится под израильской оккупацией. Сотни тысяч людей были вынуждены покинуть свои дома и стали внутренне перемещенными лицами, беженцами в собственной стране. Когда политики терпят неудачу, как ливанское общество реагирует на этот экзистенциальный кризис, несмотря на политические разногласия, и как вы ощущаете солидарность людей в борьбе за выживание?
— Жители Южного Ливана – это прежде всего ливанцы. Не в первый раз они покидают свои земли. И не в первый раз их принимают и помогают другие ливанцы в других районах страны. Ливан всегда был местом, где разные общины живут рядом и помогают друг другу. Прежде мы уже сталкивались с гражданской войной. Мы знаем, что Ливан не сможет пережить её снова сегодня. Никто этого не хочет. Таким образом, все понимают, что нужно избежать новой гражданской войны. Кроме того, солидарность – одно из качеств ливанского народа. Мы по натуре отзывчивы, несмотря на всё то, через что нам пришлось пройти.
— На что похожа повседневная жизнь молодых художников в Ливане? Чем они занимаются, как общаются и куда ходят?
— Жизнь художника в Ливане нелегка, поскольку у нас нет никакой поддержки. Но у нас есть вдохновение. Ливан, особенно Бейрут, всегда был центром культуры и искусства. В Бейруте множество художественных галерей и учреждений, что объясняется многообразием и сосуществованием различных культур.
Наша страна дает творцам огромное количество тем, от социальных и политических кризисов до красивой природы во всем её разнообразии. Ливан – динамичная страна, где происходит много событий, что дарит массу тем для работы художников. Война и насилие очень часто присутствуют в творчестве, даже если у наших коллег тяжелая жизнь. Страдания могут быть отличным источником вдохновения. Хотя творить в напряженной обстановке не всегда легко, и многие коллеги работают с трудом, я полагаю, что они находят баланс между трудными временами и творчеством. Я, со своей стороны, часто выбираюсь на природу, чтобы подышать свежим воздухом, восстановить ресурсы и набраться сил.
— Ливанская музыка – одна из самых завораживающих на Ближнем Востоке. Может ли она оставаться источником радости жизни в условиях нынешнего кризиса? Проводятся ли сегодня концерты, пишется ли новая музыка, или для этого просто нет возможностей?
— Ливанская музыка была очень успешна и считалось прекрасным видом искусства в золотой век Ливана, в 60-е и 70-е годы. В наши дни есть множество музыкальных исполнителей и стилей, особенно учитывая возможности искусственного интеллекта… и, без сомнения, музыка играет большую роль в жизни ливанцев, она всегда была важной частью нашей культуры. С 2024 года, после двух войн, у нас есть трудности с организацией концертов, но, несмотря на это, организаторам некоторых фестивалей, таким как международный фестиваль в Баальбеке, удалось провести несколько прекрасных концертов. Теперь планируются несколько концертов на это лето.
— Как жителям Бейрута удается сохранять интерес к жизни, несмотря на постоянную угрозу, и какую роль играют творчество и стремление к красоте как форма сопротивления?
— Бейрут – оживленный город, так было и будет всегда. Его жители любят праздновать и наслаждаться каждым мгновением. Выходить на улицу и веселиться нужно и важно, чтобы не сдаваться и противостоять кризису. Искусство – это, конечно, форма сопротивления, своего рода мягкая сила. Художники могут свободно выражать себя в искусстве и всегда заботятся о сохранении ливанской культуры.
Кто такая Тамара Хаддад?
Родившаяся в Бейруте в 1982 году в семье, связанной с искусством и архитектурой, Тамара Хаддад росла, воспринимая всей душой опыт и путь своего отца, Джорджа Хаддада, одного из пионеров современной ливанской архитектуры. В 2005 году она получила степень магистра в области рекламы в Ливанской академии изящных искусств (ALBA). Она начала заниматься живописью как художник-самоучка. С 2011 года, полностью посвятив себя этой сфере, художница воплощает в своих работах необычные путешествия от Бейрута, где она живет по сей день, до всех уголков мира, перенося на холст впечатления, которые почерпнула из этих путешествий. На сегодняшний день Хаддад провела выставки в самых разных странах.
