Ардил Чешме: несмотря на мирный процесс, давление на заключённых продолжается
Ардил Чешме, содержавшаяся в женской закрытой тюрьме в Эрзинджане, была освобождена вчера после 31 года заключения. Её освобождение ранее трижды незаконно откладывалось. Чешме была задержана в Амеде в ноябре 1994 года и приговорена к пожизненному заключению Государственным судом безопасности.
Чешме заявила, что за 31 год она провела в различных тюрьмах. Она отметила, что репрессивная политика государства в отношении заключённых продолжается до сих пор. Она добавила, что заключённые продолжают сопротивляться этой государственной политике. Чешме указала, что, несмотря на процесс «Мира и демократического общества», в тюрьмах не произошло никаких позитивных изменений, и угнетение и преследование заключённых продолжаются. Чешме сказала, что после начала этого процесса они, как заключённые, поддерживают заявления лидера Абдулла Оджалан. Она отметила, что в этот период на Ближнем Востоке произошло много событий, включая начало войны с Ираном. Она заявила: «Этот процесс очень важен из-за войны на Ближнем Востоке. Поэтому нам нужно очень чётко видеть наше будущее. В тюрьме у нас есть возможность более объективно анализировать эти события».
«Возможно, мы ограничены в плане получения информации, но зато можем лучше понять процесс. Ещё до начала процесса мы, как и все остальные, были очень удивлены заявлениями Бахчели, но на самом деле не поверили им. Однако после публикации послания лидера мы подумали, что, возможно, происходят какие-то изменения. Все в тюрьмах очень доверяют лидеру. Мы считаем, что если лидер инициировал процесс, ничего плохого не будет сделано. Потому что лидер обладает очень большим влиянием. Моральный дух и мотивация товарищей в этом смысле тоже были очень высокими. Конечно, в тюрьмах ведётся двуличная политика. Всем хорошо известны враждебные действия по отношению к заключённым; теперь они разоблачены», — сказала она.
СОПРОТИВЛЕНИЕ ЗАКЛЮЧЁННЫХ ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Государство продолжает давить на заключённых: «Раскаиваетесь вы или нет?». Чешме заявила: «Мы спросили их, после стольких лет, проведённых в тюрьме, если мы скажем, что раскаиваемся, поверят ли они нам? Они отвечают: «Нет». Они также знают, что отныне никто не примет подобного, чтобы выйти на свободу на несколько дней раньше. Задача государства — взять ситуацию под контроль, а долг заключённых — сопротивляться. В нашей традиции тюремное сопротивление продолжалось со времён Мазлума до наших дней и будет продолжаться. Потому что мы существуем благодаря сопротивлению, как внутри, так и снаружи. Если сегодня курдский народ объединится, даже если они будут скандировать лозунг, каждый должен знать, что это было достигнуто кровью наших героев. Это ценности, завоёванные ценой больших жертв. Это имеет вес».
Заключённые и так постоянно ощущают тяжесть этого. Потому что именно там наши товарищи оказывали огромное и неустанное сопротивление в 1980-х годах. Хотя сейчас идёт процесс восстановления, наша борьба продолжается. Речь идёт не только об оружии. Например, сейчас нет демократии, поэтому мы не можем сказать, что всё в порядке и всем комфортно. Это не так. Каждый, кто участвует в борьбе, знает, что с одной стороны — смерть, с другой — тюрьма, а с третьей — жизнь. Сейчас мы живём, исходя из этих трёх принципов. Понимание этого делает нас сильнее и осознаннее. Мы верим в лидера, именно он даёт нам силу и боевой дух. Мы знаем, что пока есть лидер, мы выстоим. Мы можем преодолеть и существующие трудности.
Я считаю, что никто не должен давать людям советы; все используют риторику вроде: «Мы говорим людям делать то-то и то-то», но это неправильно. Например, лидер говорит, что нам не хватает практической политики. Например, если вы постоянно говорите ребёнку одно и то же, он этого не делает; вы наблюдаете за его действиями. Наша задача не в том, чтобы говорить людям делать то или это. Мы должны сделать это первыми. И когда мы это сделаем, они последуют нашему примеру. Поэтому борьбу нужно продолжать с терпением и усилиями. Вот такой это процесс».
В КУРДИСТАНЕ МНОГИЕ РОДИТЕЛИ ПОТЕРЯЛИ СВОИХ ДЕТЕЙ, И МНОГИЕ ДЕТИ ПОТЕРЯЛИ СВОИХ РОДИТЕЛЕЙ
Нафие Чешме, мать Ардил Чешме, которая в последнее время не могла навестить её из-за болезни, скончалась в прошлом месяце. Ардил Чешме заявила: «В Курдистане многие родители потеряли своих детей, и многие дети потеряли своих родителей. Это наша реальность. Это пережила не только я, моя мать и мой отец. Это наша реальность; давайте не будем обманывать себя. Кто в Курдистане не испытывает этих страданий? Важно превратить этот опыт во что-то ценное, придать ему смысл. Поскольку они пережили столько трудностей, они приложили столько усилий, нам необходимо активизировать эту борьбу и признать их права.
Конечно, каждый хочет увидеть свою мать, отца и детей, но, к сожалению, реальность такова. Такова ситуация в Курдистане. Неправильно принимать это на свой счёт. Мы знали, что так будет, когда вступили в эту борьбу. Я желаю всем увидеть лучшие времена. Но такова борьба. Мы не в раю, наши пути не усыпаны лепестками роз. Эта борьба сопряжена со многими трудностями. Мои мать и отец тоже столкнулись с этими трудностями. В этом смысле я хочу поблагодарить всех матерей и отцов, наш народ. Они всегда были рядом с нами. Именно поэтому мы так сильны, потому что знали, что наш народ будет с нами в любой ситуации. Это огромная сила. Не каждый может сказать это, но мы это испытали. Наш народ был с нами на каждом этапе. То же самое я могу сказать и о своей матери».
