Кезбан Доган: коллективная борьба с фемицидом — это жизненная необходимость. Часть 1
В преддверии Международного дня борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин, который отмечается 25 ноября, Курдское женское движение запустило новую кампанию, направленную на усиление коллективной борьбы с фемицидом. Подготовительный этап, который продлится с 1 ноября по 8 марта, направлен на то, чтобы охватить различные слои общества с помощью тренингов, семинаров, панельных дискуссий, демонстраций и других мероприятий. Кезбан Доган, пресс-секретарь Союза курдских женщин в Германии, заявила, что рассмотрение фемицидов исключительно как индивидуальных преступлений не позволяет выявить глубинные причины этой проблемы. В интервью ANF она затронула целый ряд вопросов: от фемицидов в Германии и трудностей, с которыми сталкиваются беженки, до государственной политики и патриархального мировоззрения. «Истинные масштабы фемицида не раскрываются» Кезбан Доган сказала, что основной проблемой является отсутствие полной статистики по фемициду. Она отметила, что правительства ежедневно собирают статистические данные во время войн, стихийных бедствий и экономических кризисов, но не придерживаются такого же подхода к фемициду. По ее мнению, была политика, направленная на предотвращение общественного резонанса. «Цифры и статистика, опубликованные в Германии, — это не просто статистика. На самом деле, это одна из самых больших проблем. Когда в какой-либо точке мира вспыхивает война, составляются ежедневные статистические данные по этой стране. Когда происходит стихийное бедствие, составляется отчет о жертвах, даже если официальные данные недоступны. Когда возникает инфляция или другая экономическая проблема, составляются статистические данные. Однако, к сожалению, мы не можем получить доступ к такой всеобъемлющей статистике или цифрам, когда речь заходит о фемициде. Мы можем рассматривать это как политику, проводимую государствами, особенно национальными государствами. На самом деле, я бы сказал, что это определенно так. Когда цифры становятся достоянием общественности, они вызывают реакцию, отклик общества. Я считаю, что общие цифры не разглашаются именно для того, чтобы предотвратить этот общественный резонанс. По данным ООН, каждые пять минут в мире убивают одну женщину. Если подсчитать, сколько это составляет в абсолютных цифрах, то можно представить, сколько женщин погибает за 24 часа. Я считаю, что нежелание представить эти статистические данные в полном объёме направлено на то, чтобы общество не реагировало на эту проблему. Кезбан Доган также обратила внимание на данные о фемициде в Германии: по одним источникам, к октябрю 2026 года было зарегистрировано 105 случаев, по другим — 108. Она добавила, что в ноябре были убиты ещё две женщины. Она сказала: «Одна из них была иностранкой, которая жила в приюте для женщин, а другая погибла при других обстоятельствах. Это также свидетельствует о политике государства. Я считаю, что нам нужно глубже изучить этот вопрос». Кезбан Доган подчеркнула, что необходимо всесторонне изучить случаи фемицида, произошедшие в Германии за последние шесть лет, в том числе смерти, зарегистрированные как самоубийства, и другие проявления насилия в отношении женщин. «Во время пандемии коронавируса участились случаи насилия в отношении женщин». Кезбан Доган напомнила, что во время пандемии коронавируса число случаев насилия в отношении женщин резко возросло и в приютах для женщин не осталось свободных мест. Она также раскритиковала тогдашних чиновников за то, что они объясняли случаи домашнего насилия психологическими проблемами мужчин. Доган сказала: «В тот период число случаев насилия в отношении женщин резко возросло. В приютах для женщин в Германии не осталось свободных мест. И дело было не только в том, что приютов было слишком мало, но и в том, что спрос на их услуги был слишком высок. Тем не менее, если посмотреть на заявления, которые делали в парламенте правительственные чиновники, в частности министры внутренних дел и другие министры, то можно увидеть, что они утверждали, будто мужчины переживают кризис и страдают от депрессии, из-за чего прибегают к домашнему насилию. В то время нам следовало гораздо глубже разобраться в этом вопросе. К сожалению, мы не смогли докопаться до сути проблемы и должным образом её контролировать. Если бы у нас была полная официальная статистика по фемициду и насилию в отношении женщин за период с 2020 года по настоящее время, как у нас есть данные о войнах, мы бы увидели гораздо более масштабную и серьёзную картину. Нам нужно изучить как психологические, так и социальные аспекты этой проблемы. В то время мы сделали недостаточно, но должны сделать это сейчас». «Женщины также сталкиваются с насилием на миграционных маршрутах» Кезбан Доган также прокомментировала заявление о том, что 10% женщин, убитых в Германии, были курдянками. Она подчеркнула, что опыт миграции курдских женщин в Европу отличается от опыта мужчин, отметив, что на родине женщины сталкиваются с различными формами угнетения со стороны государства, господствующих сил, семьи, племенных структур и ближайшего окружения. По словам правозащитницы, женщины были вынуждены искать убежища в Европе из-за угнетения, пыток, задержаний и угроз их жизни, а не потому, что видели в Европе место, где они смогут обрести свободу. Она подчеркнула, что на миграционных маршрутах женщины также сталкиваются с изнасилованиями, насилием и принуждением к проституции. «Курдские женщины уже сталкивались с проблемами, связанными с отношениями власти, колониальной политикой и государством в тех странах, где они жили, на своей родине. Они также сталкивались с проблемами в своих семьях, племенных структурах и обществе. В-третьих, они сталкивались с проблемами в своих ближайших семьях и окружении, в том числе с проблемами, связанными с детьми, мужьями, братьями, сёстрами и отцами. Женщины были вынуждены искать убежища в Европе из-за угнетения, пыток, задержаний и угроз их жизни, а не потому, что видели в Европе место, где они смогут обрести свободу». Но прежде чем попасть в Европу, нужно совершить само путешествие, рассказать о том, как они прибыли сюда. Когда вы спрашиваете мужчин об их пути, они, как правило, больше внимания уделяют физическим трудностям и финансовым затруднениям. Но когда мы изучаем опыт женщин, мы видим изнасилования, насилие, принуждение к занятию проституцией и многие другие серьезные проблемы. Эти поездки также имеют разрушительные последствия для женщин, которым удается добраться до Германии. К сожалению, многие женщины по пути попадают в проституцию или погибают. Их имена и удостоверения личности исчезают, а их судьба остается неизвестной», — рассказывает она. Кезбан Доган сказала, что проблемы женщин не заканчиваются, когда они добираются до Германии. Вместо этого они столкнулись с новыми формами насилия и угнетения в лагерях беженцев, где они не могут удовлетворить свои психологические, финансовые, медицинские и образовательные потребности. «После прибытия в Германию снова начинаются те же проблемы, на этот раз в лагерях беженцев. Государство и так считает вас обузой. Однако, согласно многим международным конвенциям, подписанным Германией, необходимо учитывать психологические, финансовые, медицинские и образовательные потребности людей, прибывающих в качестве беженцев. Вместо этого происходит обратное. Если мы посмотрим на последние десять лет, особенно на период, начавшийся с событий в Рожаве, то даже события после 2014 года станут одним из самых ярких тому примеров. Женщины хотят как можно скорее сбежать и оставить позади тяготы, которые на них взвалили. Но и там их толкают в сети проституции и принуждают к употреблению наркотиков. Чтобы выжить, они прячут свои душевные страдания глубоко внутри и пытаются найти своё место в обществе». Кезбан Доган рассказала, что в лагерях для беженцев нет терапевтических центров, а психологическая и образовательная поддержка оказывается в недостаточном объёме. Она подчеркнула, что незнание женщинами своих прав и доступных им механизмов поддержки ещё больше усугубляет их положение. «Там нет терапевтических центров, не привлекают психологов и специалистов в области образования. По сути, вы живёте как в тюрьме открытого типа. Разница лишь в том, что вы не живёте бок о бок с сокамерницами и не подвергаетесь прямым физическим пыткам. Но вы всё равно сталкиваетесь с психологическим и экономическим давлением и насилием. Многие женщины плохо осведомлены о своём положении и своих правах, поэтому не знают, куда обратиться, кто может их поддержать и с кем они могут проявить солидарность. К сожалению, это может сбить их с пути». Государство, в частности, подталкивает женщин к таким ситуациям». «Мужчины укрепляют свою власть над женщинами». Кезбан Доган сказала, что условия, в которых оказываются мигранты и беженцы, ещё больше усугубляют проблемы женщин. Она подчеркнула, что наряду с расизмом и дискриминацией необходимо обратить внимание на патриархальные отношения в курдском обществе. «Нам также нужно обратить внимание на положение мужчин в курдском обществе. Теперь вы мигранты, беженцы, и к вам предъявляются особые требования. С вами обращаются не как с людьми. Расизм уже процветает. В таких условиях женщины оказываются в ловушке и снова сталкиваются с крайне тяжёлыми обстоятельствами. К сожалению, Абдулла Оджалан был прав, когда сказал: «Курдский мужчина — раб государства, а курдская женщина — рабыня раба». К сожалению, курдские мужчины укрепляют свою власть над женщинами. Они выражают своё недовольство и недовольство проблемами, с которыми сталкиваются, подвергая женщин насилию, убивая их и лишая жизни. Тем самым они фактически разрушают собственное будущее. Но осознают ли они это? Вряд ли. Если бы они осознавали, если бы у них было такое понимание, мы бы не обсуждали эти вопросы сегодня».



Отправить комментарий