В Европе продолжается показ фильма «Снося стены»

По всей Европе продолжается показ фильма «Снося стены», снятого Хебун Полат и Шариф Чичак.

Фильм «Снося стены» был снят Хебун Полат и Шариф Чичак, продюсерами при этом являлись Адиль Дамирджи, Онур Гюлар и Яшим Джошкун, в фильме рассказывается о женщинах-политиках – Фиген Юксекдаг, Гюльтан Кишанак, Айсель Туглук и Сибель Йигитальп. На данный момент ленту продолжают показывать в различных городах Европы.

Ниже представлено интервью с режиссёром Хебун Полат и продюсером Онур Гюлар.

— Название фильма напоминает нам о книге Фиген Юксекдаг «Снося стены». Какова взаимосвязь между этой книгой и вашим фильмом?

— Когда мы только начали снимать свою документальную ленту, мы ещё не думали о её названии. Однако за время съёмок были опубликованы книги Фиген Юксекдаг и Гюльтан Кишанак. Мы внимательно прочитали обе книги и собрали информацию, необходимую для своей работы. Затем, когда мы обсуждали со своей командой название фильма, мы вспомнили о произведении Юксекдаг, так как оно было связано с протекающими политическими процессами и имело также символическое значение. Фиген Юксекдаг происходит из достаточно консервативной турецкой семьи, но является при этом революционной социалисткой; её борьба бок о бок вместе с курдским народом и её избрание в качестве мэра города, где за сорок лет до этого пытали Гюльтан Кишанак, являются прямой отсылкой к тем стенами, которые сносятся прямо сейчас. В результате мы можем сказать, что название книги и её история нашли друг друга.

— В вашем предыдущем фильме «Изгнание или тюрьма» мы видели политиков, которым пришлось уйти в изгнание. В этом фильме вы показываете женщин-политиков. Тех, которые находятся в изгнании, и тех, кто оказался в тюрьме.

— За политику, проводимую в поддержку угнетённых в Турции и Курдистане, всегда приходилось платить высокую цену. Когда речь заходит о требованиях трудящихся, маргинализированных слоёв населения и курдского народа, репрессии усиливаются вдвойне. Десятки партий, созданных курдским народом, были закрыты, тысячи политиков подверглись аресту, над людьми устраивали расправы. Разумеется, эти репрессии не начались с Фиген Юксекдаг. Однако в последние 7 лет они обрели новое политическое измерение через нападки на ДПН, в особенности 4-го ноября 2016 года. В результате сотни политиков были брошены в тюрьмы или же были вынуждены отправиться в изгнание, всё это делалось, чтобы заставить их замолчать.

Люди отреагировали на эти действия через реализацию своих демократических прав. Они стали выходить на улицы. Мы хотели внести свой вклад в эту борьбу через сферу искусства и донести эти ощущения тюрьмы и изгнания до своей аудитории. Мы хотели вдохнуть новую жизнь в борьбу, достучаться до тех слоёв обществ, которых не могли достичь раньше.

Помимо этого, курдское кино, которое укрепило свои позиции в последние годы такими фильмами, как «Во имя свободы», «Ежевика» и «Кобани», стало хорошим способом рассказывать различные истории и налаживать связь с аудиторией.

— Гюльтан Кишанак, Фиген Юксекдаг, Айсель Туглук и Сибель Йигиталп – курдские женщины-политики, занимавшиеся своей деятельностью в Турции. Кто-то из них за решёткой, а кто-то был вынужден покинуть страну. Четыре истории, которые повествуют нам о реалиях политической деятельности в Турции.

— Одна из самых фундаментальных проблем нынешней турецкой системы заключается в том, что курдский народ хочет обрести свои коллективные права. И это является серьёзной проблемой для власти. В Турции с демократией всё очень сложно, в стране почти невозможно заниматься политикой, в особенности если вы курд и если вы ведёте демократическую борьбу. Тысячи людей удерживаются в изоляции из-за своих идей. В подобной ситуации можно сказать, что если вы занимаетесь политикой и в особенности являетесь при этом женщиной, то представляете угрозу для турецких оккупантов. Мы знаем, что все, кто борется за демократию, сражаются с репрессиями, цензурой и множеством других проблем в Турции. Это касается любой сферы. Не так давно произошли новые аресты деятелей культуры, актёров, журналистов и кинорежиссёров. Мы наблюдаем попытку стереть социальную память людей и всего общества. Другими словами, можно сказать, что режим пытается при помощи фашистских методов запугать все слои общества.

— Можем ли мы узнать информацию о производстве фильма? (Где он снимался, как снимался и так далее)

— Производство фильма заняло десять месяцев, а сами съёмки шли пять месяцев. Команда, возглавляемая Шариф Чичак, занималась съёмками в Европе. Ещё одна команда работала в Турции и Северном Курдистане под руководством Хебун Полат. Мы снимали Сибель Йигиталп в Германии. Мы наблюдали за её повседневной жизнью и деятельностью в изгнании. Мы снимали Айсель Туглук и Садат Шеноглу в Стамбуле. Мы вели съёмки в доме Кишанак в Амеде (Диярбакыр). Мы также посещали несколько раз тюрьму в Кандыре и сумели кое-что заснять и там. Также съёмки велись в Дерсиме.

— Сталкивались ли вы с трудностями во время съёмок?

— Разумеется, были определённые трудности. Можно сказать, что мы столкнулись с серьёзными проблемами, в особенности во время съёмок в тюрьме в Кандыре, нам приходилось вести их там тайным образом. Потому что если бы они узнали, что мы ведём съёмки, то могли бы конфисковать всё наше оборудование. В конце концов нам удалось кое-что заснять. Помимо этого, во время съёмочного процесса произошли землетрясения (6-ое февраля), поэтому нам, разумеется, пришлось изменить планы. После катастрофы мы перестроились и сумели завершить съёмочный процесс.

Источник