Воспоминания об искусстве создания комиксов: от Кириха до журнала Bajar
Комиксы Догана Гюзеля хранят коллективную память, простирающуюся от улиц Амеда (Диярбакыра) 1990-х годов до наших дней. Рождённый в условиях повседневности, политических конфликтов и социальных противоречий, Кирих постепенно стал не просто персонажем комиксов, а олицетворением молодёжи того времени и перемен, которые переживало курдское общество. Работы Гюзеля, публиковавшиеся в юмористических изданиях, таких как Gırgır, TEW-LO, Pîne и Zrîng, обрели новую форму в изднии Bajar. Этот долгий путь был направлен не только на сохранение коллективной памяти о прошлом, но и на создание пространства для использования курдского языка с помощью комиксов. Путь Гюзеля как художника-карикатуриста начался с персонажа, которого он создал, наблюдая за окружающими его людьми и политической атмосферой того времени. Доган Гюзель, побеседовавший с ANF, рассказал, что начал создавать карикатуры для журнала Gırgır и решил придумать персонажа, которого мог бы изображать каждый день: «Поскольку я вращался в среде патриотически настроенной молодежи, я хотел создать персонажа, которого мог бы рисовать каждый день, когда мне нужно было что-то придумать в ответ на газетные заголовки. Я понаблюдал за своими сокурсниками, пытаясь создать персонажа, объединив курдскую культуру с чем-то знакомым мне. Я думаю, что этот персонаж нашел отклик у людей, потому что я рисовал его искренне, не слишком напрягаясь. Хотя мои рисунки были любительскими, я пытался изобразить людей вокруг себя. Я рисовал мир молодых людей, которые только начинали заниматься политикой, участвовали в протестах и испытывали неуверенность. Я объединил опыт студентов в Стамбуле с социальной реальностью курдского народа. Возможно, именно поэтому этот персонаж стал популярным. Когда вы рисуете, наблюдая за своим окружением, вы отражаете дыхание и пульс страны, в которой живете». Кирих впервые появляется в Özgür Gündem Кирих появился на страницах журнала Özgür Gündem в период с 1992 по 1995 год. Политика в его мире не ограничивалась событиями, о которых сообщалось в заголовках газет. Дружба молодых людей, повседневные решения, неуверенность в том, стоит ли присоединяться к борьбе, и вопросы о том, как жить, также были частью этого мира. Гюзель описал политическую атмосферу, в которой был создан этот персонаж, и неуверенность, с которой столкнулась молодежь: «В 1991, 1992 и 1993 годах в Стамбуле наблюдалась интенсивная политическая активность. Это был период, когда курдская молодежь осознавала свою идентичность и вовлекалась в политику, а демонстрации проходили каждый день. Молодые люди чувствовали, что им необходимо принимать важные решения. Они задавались вопросами: «Что мне делать? Как я должен действовать? Какова моя позиция в этой борьбе?» Эта атмосфера нашла отражение в моих карикатурах. Неполное понимание политики моим героем Кеко, его неуверенность в том, стоит ли присоединяться к борьбе, постоянные перемены в его мнениях и неясность, были ли эти чувства искренними или продиктованы другими причинами, отражали переживания молодежи того времени. Было много общего между тем, что происходило в Курдистане, и опытом моих сверстников в Стамбуле. Проблемы у нас были общими, и все молодые люди сталкивались со схожими вопросами». Суть Кириха заключалась не в том, что он был персонажем, наблюдавшим за политической борьбой со стороны, а в том, что он олицетворял противоречия, с которыми сталкивались юноши и девушки каждый день. Этот персонаж стал отражением целого поколения, которое пыталось принимать решения, менялось и порой сталкивалось с противоречиями. Политика и повседневная жизнь Годы, в которые появился Кирих, были отмечены вооружёнными столкновениями, задержаниями, эвакуацией целых деревень и государственным насилием. Всё это определяло повседневную жизнь в курдских городах. Однако, в своих карикатурах Гюзель изображал эту реальность не только с помощью политических посылов, но и через, казалось бы, обыденные бытовые сцены. Поначалу художник не ожидал, что его рисунки привлекут столько внимания. Его стиль отличается от традиционного газетного юмора, и он размышлял как о популярности своего персонажа, так и о чувствах, которые она вызывала. Гюзель добавил: «Я начал рисовать карикатуры ещё юношей. Поначалу я не думал, что мои работы привлекут столько внимания. Мой стиль отличался от традиционного газетного юмора. У меня был более абсурдистский подход к юмору, и я не ожидал, что мои рисунки привлекут столько внимания. Однако, со временем я понял, что столь естественное и достоверное изображение курдского опыта через персонажа, любимого в патриотических кругах, само по себе вызывало разные чувства. Я изображал человека, которого турки могли бы счесть террористом, а курды — авантюристом, но я показывал его человеческую сторону. Я изображал его как одного из нас, как человека, который жил и мыслил так же, как мы. Думаю, именно это привлекло наибольшее внимание». Человеческие качества, страхи, слабости и противоречия персонажей Гюзеля также нашли отражение в его рисунках. Образ жизни, который со стороны казался опасным и рискованным, был показан через призму повседневной реальности людей. Гюзель особенно ценил способность своих персонажей говорить о курдской политике и общественной жизни на понятном для аудитории языке. Он также считает, что именно этот аспект его творчества стал причиной судебного преследования и тюремного заключения: «Кеко был персонажем, который мог говорить о национальной политике и общественной жизни на понятном для него языке, не стыдясь себя. В то время попытка изображать курдский политический опыт, борьбу и повседневную жизнь таким путем была нестандартным шагом. В газетах публиковались более жёсткие рисунки с явными политическими подтекстами. Но изображение нашего опыта изнутри, искреннее и как части повседневной жизни, производило иное впечатление. Для нас этот опыт уже был естественной частью жизни. Кеко показал реальность, которую многие считали пугающей или опасной, в её естественном виде. Я считаю, что эти работы стали одной из причин моего судебного преследования и тюремного заключения». Карикатуры и суд В 1993 году Доган Гюзель был привлечён к уголовной ответственности за карикатуры о Кирихе, которые он рисовал для издания Özgür Gündem. Ему было предъявлено обвинение по статье 159 Уголовного кодекса Турции, действовавшего на тот момент, и в 1998 году художник был приговорён к 40 месяцам тюремного заключения. Гюзель попал в тюрьму 31 июля 1998 года и был освобождён 16 сентября 1999 года. В том же году он получил премию «За мужество в политической карикатуре» от Международной сети защиты прав карикатуристов. История Гюзеля стала одним из примеров подавления курдской прессы и свободы слова. Сегодня он полагает, что проблема заключалась в том, что он стремился показать жизнь курдов естественно, в контексте повседневности. От Pîne до Zrîng Позже Гюзель продолжал сотрудничать с различными изданиями. Журнал Pîne, который начал выходить в 1999 году, ознаменовал новый период в развитии курдского юмора и продолжал публиковаться до 2002 года. Несколько лет спустя, в 2019 году, начал выходить журнал Zrîng под редакцией Догана Гюзеля и Имама Чичи. Планировалось, что он будет выходить двумя отдельными изданиями, на курманджи и сорани. Эти публикации были частью усилий не только по сохранению курдоязычного юмора, но и по созданию возможностей для новых карикатуристов и рассказов. Однако, будущее курдского юмора зависело не только от условий публикации, но и от развития навыков чтения и более широкого использования курдского языка как письменного. Сегодня наш собеседник не очень внимательно следит за современным курдскоязычным юмором, хотя видел работы, опубликованные на таких платформах, как YouTube: «Иногда любительские постановки могут быть более качественными, чем работы, созданные с использованием профессионального оборудования и дорогостоящих ресурсов. Такое развитие событий было естественным, и я верю, что в будущем появятся лучшие работы. Мы продолжаем учиться и развиваться». Гюзель считает, что взаимосвязь между карикатурами и письменным языком – одна из определяющих характеристик этого вида искусства и вызов для культуры письменности. Он добавил, что упадок юмористических журналов повлиял и на другие публикации на курдском языке, подчеркнув необходимость развития навыков письменности и чтения: «Важной характеристикой карикатур является то, что они существуют параллельно с письменной формой. Сочетание рисунков и слов отличает юмор от других форм выражения. Однако, зависимость от письменной культуры также создает трудности. Сегодня количество юмористических журналов сокращается не только в Курдистане, но и во всем мире. В Турции журналы закрываются один за другим. Это не может не сказаться на курдском юморе. Но есть и другая проблема, связанная с языком: необходимо развивать его письменность и культуру чтения. Курдский необходимо преподавать в школах, использовать в качестве письменного языка и работать над тем, чтобы он стал более распространенным. Для того, чтобы люди могли воспринимать юмор в письменной форме, у них должны быть в определенной степени развиты навыки чтения. Хотя это непростая задача, она также открывает важные возможности. Мультфильмы и комиксы могут помочь побудить людей начать читать на родном языке». Продолжая рисовать в изгнании Судебные тяжбы и давление, с которыми столкнулся Гюзель, изменили его жизнь. В 2012 году он попросил политического убежища в Испании и впоследствии получил испанское гражданство. Живя в Европе, художник продолжал работать для курдской прессы. Однако, изгнание не стерло Амед с рисунков Гюзель. Город остался в его творчестве как мир, где язык, характеры и коллективная память слились воедино. Снова задержан Доган Гюзель был в числе журналистов, задержанных во время полицейской операции против газеты Özgür Gündem 17 августа 2016 года. Фотография, на которой видна его разорванная рубашка, когда сотрудники полиции уводила его в ходе рейда в редакцию газеты, стала одним из символов репрессий против прессы. Гюзель и его коллеги были освобождены два дня спустя. Несколько лет назад художник попал в тюрьму за свои карикатуры; тогда его задержали возле редакции газеты, в которой он работал. Вопросы свободы прессы и самовыражения возникали на разных этапах его жизни. Bajar: Комиксы на курдском языке Одним из последних этапов на творческом пути Гюзеля стал журнал Bajar, который начал выходить в 2026 году. Редакторами курдкоязычного издания комиксов, выходящего под эгидой муниципалитета Амеда, были Доган Гюзель и Имам Чичи. Первый номер журнала, вышедший на курманджи, увидел свет в июне 2026 года. Цель Bajar — популяризировать использование курдского языка в повседневной жизни и побудить детей начать читать на родном языке. Гюзель подчеркнул, что идея Bajar заключалась в том, чтобы наладить взаимовыгодные отношения между курдским языком и издательским делом: «Мы думали, что если будем издавать журнал только на турецком, это ограничит нашу аудиторию. Вместо этого мы хотели наладить взаимовыгодные отношения с курдским языком и его носителями. Наша цель состояла в том, чтобы придумать издание, которое способствовало бы распространению письменной формы курдского языка и помогало бы людям изучать его через чтение. Поэтому мы запустили проект Bajar. Сейчас журнал выходит раз в два месяца на 24 страницах. Я считаю, что этот проект можно развивать и дальше. Если обучение на курдском станет более распространённым в школах и на курсах, подобные издания снова смогут сыграть важную роль. Издание способствует развитию курдского языка и в то же время подпитывается его существованием и развитием. Я считаю, что эти взаимовыгодные отношения очень важны». Bajar переносит идеи, лежащие в основе предыдущих работ Гюзеля, в новую сферу. Карикатуры, отражающие жизнь и политическую атмосферу в мире Кириха, обрели новую форму в юмористических журналах на курдском языке, таких как Pîne и Zrîng. Bajar же рассматривает комиксы как средство формирования у детей привычки читать на родном языке. Почему о Кирихе до сих пор помнят? Кириха помнят спустя десятилетия не только потому, что он был известным юмористическим персонажем. Он изобразил молодежь 1990-х, культуру Амеда и политическую атмосферу того периода через повседневную жизнь. Неуверенность молодых людей в будущем, социальные преобразования и меняющееся отношение к политике были центральными элементами комиксов. Персонаж, созданный нашим собеседником, привлек внимание новых поколений, когда в 2017 году городской театр Амеда поставил истории Кириха на сцене. Переместившись со страниц газет в театр, герой нашел новую присутствия в жизни курдов. Творчество Гюзеля не ограничивалось одним персонажем. Художник, изображавший молодежь, повседневную жизнь и социальные противоречия 1990-х годов с помощью Кириха, продолжил свою работу с юмором на курдском языке в последующие годы в таких изданиях, как Pîne и Zrîng. Bajar развивает это наследие в рамках нового издательского подхода, направленного на то, чтобы помочь детям развить привычку чтения на курдском языке. Карикатуры – это память Кирих показал миру молодежь своего времени, культуру окрестностей Амеда и его политическую атмосферу. Адаптация персонажа для театральной постановки, вышедшая много лет спустя, также говорит о том, что история не осталась на страницах газет, а может быть донесена до новых поколений в разных формах. Pîne и Zrîng представляют разные периоды творчества Гюзеля в жанре юмора на курдском языке, а Bajar — это подход к карикатурам и комиксам как инструментам, которые могут побудить детей читать и писать на родном языке. Таким образом, творческий путь художника — это не только десятилетний опыт работы в качестве карикатуриста, но и стремление сделать курдский язык более значимым в повседневной жизни с помощью юмора и публикаций. Переход от Кириха, который на страницах газет изображал молодёжь и противоречия своего времени, к журналу Bajar, цель которого — привить детям любовь к чтению на курдском языке, отражает изменения как в аудитории, так и в целях создания карикатур. Тем не менее, стремление рассказывать истории с помощью рисунков, фиксировать жизненный опыт и формировать пространство для использования курдских диалектов в письменной форме по-прежнему объединяет разные периоды творчества Гюзеля.



Отправить комментарий