Риторика «Турции без террора» и директива о безопасности открывают новый учебный год

Новый учебный год начался под тенью политики, ориентированной на безопасность, и на фоне хронических проблем: нехватки студенческих стипендий, тревог за безопасность в общежитиях Кредитно-общежительного управления, неработающих демократических механизмов и сексизма в кампусах. Циркуляр МВД из 17 пунктов о «мерах безопасности в университетах», изданный 9 сентября 2026 года, фактически превращает кампусы в «места преступления». Вместе с указанием Совета по высшему образованию посвятить первую лекцию теме «Турции без террора» это отражает попытки правительства усилить контроль над университетами.

ANF поговорил с Суде Шенер из «Трудовой молодежи», Ясином Инджeкарой из Революционного союза молодежи (DGB) и Озджаном Бербером из «Студенческой деятельности» о новом учебном году, политике безопасности в университетах и о том, как студенты собираются организовываться в ближайший период.

«Совет по высшему образованию продвигает национализм под видом мира»

Суде Шенер из «Трудовой молодежи» сказала, что правительство и Совет по высшему образованию пытаются свести вопрос мира к «терроризму» через эти меры. Шенер сказала: «Мы должны выработать собственный взгляд в ответ на попытки президентского режима ограничить борьбу за права. Хотя правительство разжигает националистические чувства, для нас важно сопротивление курдского народа за свободу и мир».

Озджан Бербер из «Студенческой деятельности» сказал, что недавняя политика правительства, включая инициативу «Турция без террора», по сути нацелена на нейтрализацию общественной оппозиции. Бербер сказал, что требования рабочих, студентов и широкой публики, включая растущие призывы к миру и демократии, подавляются риторикой «борьбы с терроризмом». По его словам, риторика правительства служит политической повестке, выходящей за рамки безопасности, и даже самые простые собрания, информационные стенды и просветительские акции в кампусах рассматриваются как потенциальные уголовные преступления.

Бербер описал эту политику так: «Как продолжение неолиберального курса, они хотят разделить студентов, заставить их думать только о личной карьере и не дать им задаваться вопросами об обществе. Они хотят систему, в которой мы не можем доверять друг другу или действовать сообща. Они знают: когда мы собираемся вместе, мы начинаем задавать вопросы этой системе. Изолируя нас, они хотят заставить нас молчать, пока у нас отнимают даже самые основные права».

Ясин Инджeкара, член Революционного союза молодежи, сказал, что они стали свидетелями серии атак капиталистического государства на общественную оппозицию в целом и на университеты в частности. Инджeкара сказал: «Организация мероприятий в университетах под лозунгом «Турция без террора» рассматривается капиталистическим правительством, реакционной администрацией ПСР как средство продолжать распространять свою идеологическую и культурную пропаганду в кампусах. Мероприятия, объявленные Советом по высшему образованию, подаются как часть «Турции без террора». Но мы живем в стране, где попираются даже самые основные демократические права и свободы всех слоев общественной оппозиции. Совет по высшему образованию, который в прежние годы продвигал шовинизм, национализм и другие ошибочные идеи и подходы, теперь, похоже, делает некие шаги под лозунгом «Турция без террора» с неискренним подходом».

Инджeкара сказал, что президентский режим видит в мирном процессе возможность взять национально-освободительное движение под контроль и, в некотором смысле, загнать его в рамки существующей системы. Он добавил, что растущие репрессии в университетах и атаки на студентов, равносильные завуалированной угрозе, ясно показывают, насколько неискренне правительство подходит к процессу и как оно действует через обман.

«Они хотят создать атмосферу страха»

Суде Шенер описала циркуляр МВД из 17 пунктов как отражение политики безопасности в университетских кампусах и сказала, что размещение полицейских и машин для задержания у университетов призвано маргинализировать студенческое движение. Шенер сказала: «Они пытаются превратить университеты в места, где люди боятся, будто лишь горстка студентов выдвигает требования или действует. Мы никогда не переживали периода, когда в кампусе было столько полицейских в штатском, а входы в университеты заполнены спецназом, полицейскими машинами и машинами для задержания».

Шенер сказала, что атмосфера страха в кампусах призвана изолировать студентов, и добавила, что полицейские меры не имеют отношения к безопасности студентов. Она напомнила об убийстве Хилаль Оздемир, 15-летней работницы, которую застрелили 30 августа 2025 года во время работы на свадьбе в социальном комплексе Кennedy Lodge при Босфорском университете, и указала, где на самом деле были проблемы с безопасностью.

Озджан Бербер сказал, что циркуляр МВД о безопасности — продолжение подобных директив, которые периодически вводили за последние пять лет. По его мнению, эти нормы фактически служат «разрешительными документами», узаконивающими жесткое обращение с студентами со стороны университетской охраны и полицейских.

Бербер сказал, что ограничительные меры в университетах ввели, когда студенческое молодежное движение набрало силу около 19 марта 2025 года. Он напомнил, что студентов, которые ставили информационные стенды, раздавали листовки или высказывали требования в университетских столовых, вносили в полицейские списки наблюдения, задерживали при обысках домов или хватали на улицах, будто похищали, а затем криминализировали. Бербер сказал, что последний циркуляр указывает на усиление репрессий в новом учебном году, но настаивал: никакое давление не помешает студентам требовать своих прав и добиваться ответственности от виновных в нарушениях.

Ясин Инджeкара сказал, что сразу после 19 марта 2025 года они столкнулись с директивой губернаторства Стамбула, которая фактически объявила в университетах режим чрезвычайного положения. Он сказал, что циркуляр МВД из 17 пунктов — не первый в своем роде, и напомнил о прежних попытках дискредитировать революционное молодежное движение, называя его «террористическим». Он также упомянул Улаша Йылдырыма, члена Революционного союза молодежи, которого задержали после пыток в кампусе и затем посадили.

Инджeкара сказал: «Четыре года назад мы уже сталкивались с похожим циркуляром. Наши самые основные демократические права уже попраны, а теперь они пытаются дискредитировать все прогрессивные и революционные действия в университетах через демагогию о терроризме.

19 марта мы стали свидетелями молодежного восстания. Мы видели массы молодых людей, противостоящих баррикадам на площади Сарачхане, и студентов, прорывающих баррикады в Стамбульском университете. Капиталистическое правительство, несомненно, понимает потенциал молодежного движения. Поэтому теперь оно пытается дискредитировать нашу борьбу в университетах и деятельность студентов, борющихся за свои права, свободы и будущее, клеймя их терроризмом.

Нашего товарища Улаша Йылдырыма из Эгейского университета арестовали за то, что он усилил призыв к борьбе против фашистских циркуляров, направленных Советом по высшему образованию в университеты. Наши товарищи-студенты Эгейского университета тоже поставили стенд против этого фашистского циркуляра под лозунгом «Циркуляры ваши, университеты наши». Они подняли призыв к сопротивлению фашистским репрессиям и тирании президентского режима со своих кампусов.

Улаш был среди задержанных и подвергнутых пыткам. Нашего товарища затем незаконно посадили. Мы знаем, что его заключение было направлено не просто против одного человека или информационного стенда, а против всего молодежного движения».

Влияние экономического кризиса на университеты

Суде Шенер сказала, что студенты сталкиваются с углубляющейся нищетой из-за Среднесрочной программы (OVP) и сокращения государственных бюджетов, а также с растущими репрессиями в кампусах. Она обратила внимание на рост цен на базовые товары и сказала, что студенты Босфорского университета провели массовые протесты против повышения цены на обед в столовой до 85 турецких лир. Похожее повышение ввели и в Ближневосточном техническом университете, Стамбульском университете, университете Намык Кемаль и нескольких университетах Кайсери.

Шенер сказала, что растущая нищета заставляет студентов работать в тяжелых и нестабильных условиях. «Работа во время учебы не должна быть необходимостью. Самая основная потребность молодежи — усилить борьбу за право на бесплатное и качественное образование», — сказала она.

Озджан Бербер сказал, что нищета и экономический кризис затрагивают не только студентов, но и все общество, и указал на прямую связь между падением образовательных стандартов в кампусах и политикой государства и капитала. Он сказал, что студенты фактически выживают на фоне роста транспортных расходов, недостаточного питания и непомерной платы за общежития.

Бербер раскритиковал распределение университетских бюджетов и сказал, что финансирование социальных наук, литературы, философии и других общественно ориентированных дисциплин сокращается, а государственные ресурсы и университетские фонды направляются в механизмы безопасности и оружейную промышленность.

Он сказал, что даже университетские столовые, финансируемые из государственного бюджета, работают ради прибыли. Бербер также напомнил, что преподавателей в фондационных университетах массово увольняют и заменяют назначенными правительством сотрудниками. Он добавил, что студентов инженерных специальностей из-за экономических трудностей втягивают в проекты компаний, разрабатывающих военные технологии, ставя их перед этической дилеммой.

Ясин Инджeкара сказал, что Революционный союз молодежи определил главные заботы и приоритеты молодежи и подчеркнул важность объединенной борьбы. Он перечислил эти приоритеты так: «Мы считаем, что у молодежи четыре главные заботы. Первая и самая большая — экономический кризис. Тесно связана с ней отсутствие перспектив на будущее, а также растущие фашистские репрессии и тирания. Еще одна важная забота — империалистические войны и агрессия в нашем регионе и в мире. Как студенты и молодежь, мы сталкиваемся со многими проблемами. Мы с самого начала призывали к организованной борьбе с этими проблемами. Поэтому, развивая наш курс борьбы, мы должны организовываться вокруг этих основных вопросов и строить объединенную борьбу на наших самых конкретных требованиях».

«Объединенная борьба против безнадежности»

Суде Шенер сказала, что в новом учебном году они будут организовываться по факультетам под лозунгом «Демократические, автономные университеты; независимая, демократическая страна». Она привела в пример международные студенческие движения как сопротивление волне безнадежности, созданной правительством, и сказала: «От Франции до Германии, от молодых людей, вышедших на улицы за Палестину в Нью-Йорке, до тех, кто сопротивляется экономической политике в Аргентине, по всему миру поднимается мощная волна протеста. Мы знаем, что тот же гнев кипит и в Турции. Преодолеть атмосферу страха, призванную изолировать нас, можно только черпая силу в нашем единстве».

Шенер добавила, что фемициды, насилие против женщин, сексуальные домогательства и многие другие проблемы, с которыми сегодня сталкиваются молодые женщины, включая убийство Хилаль Оздемир, — среди самых острых забот студенческого движения. Она сказала, что борьба молодых женщин в кампусах, как и многие другие области сопротивления, требует большего единства и силы. Шенер объявила, что «Трудовая молодежь» войдет в новый учебный год с решимостью мобилизовать все свои ресурсы для этой цели.

Озджан Бербер сказал, что студенты и разные слои общества, несмотря на разное происхождение, страдают от одного и того же глубинного кризиса. Главную задачу студенческого движения он описал так: «Проблемы студента, выросшего в Стамбуле и протестующего против роста цен в столовой, курдского студента, приехавшего из родных мест и сталкивающегося с дискриминацией из-за родного языка или самобытности, женщины, сопротивляющейся сексуальным домогательствам в кампусе, или шахтера, погибшего на производстве, — все они проистекают из одного и того же кризиса. Кампусы — наше жизненное пространство, и решения о них должно принимать университетское сообщество».

Бербер заключил, что сопротивление войне, нищете, падению академических стандартов и политическим репрессиям может удаться только через объединенную общественную борьбу, которая вскрывает общий источник всех этих кризисов.

Ясин Инджeкара сказал: «Подписывается Мекканский альянс, и посылаются сигналы о том, что империалистические войны в нашем регионе усилятся». Он продолжил: «Правительство ПСР стремится подавить всю молодежь, которая выступает против этой системы и, помимо простого выражения несогласия, активно с ней борется. В ответ мы вновь заявляем, что наша организованная борьба продолжится и что мы поднимем знамя сопротивления. Как Революционный союз молодежи, мы призываем молодежь организовать борьбу вокруг наших самых конкретных, законных и справедливых требований в этот период и построить объединенное революционное молодежное движение на общих площадках».

Источник